Администрация: kaidan cain
09.01// За прошедшую неделю у нас 45 написанных постов, квест продолжает свое движение; взяли курс на новый сюжет и продолжаем выходить из лоу-режима. Ожидаем в свои ряды бедовых и охочих до игры. Всем вдохновения и новых идей!
02.01// С Наступившим Новым Годом, дорогие! И с Днем рождения наш дорогой и любимый REDЯUM! Форум празднует год жизни и в честь этого мы обновили дизайн, немного переоформили матчасть и также презентуем новый виток сюжета. Не забудьте прочесть новости, там, кстати, для вас новогодние подарки. Всех любим, обнимаем, не переключайтесь <3
необходимые персонажи: Мэри, Майкл, Леон, Стефани, Рэджи
Больше всего меня поразил рассказ о смерти Уайльда. Он ненадолго пришел в себя после трех часов забытья и вдруг сказал: «Что-то исчезает: или я, или обои». И он исчез. А обои остались.

REDЯUM

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » REDЯUM » creepshow » [2017-2020] you are my family, nasty and loved


[2017-2020] you are my family, nasty and loved

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

you are my family, nasty and loved
Операция Пластилин - Розовые волосы
Дерри, Хэйвен — 2017-2020

http://forumuploads.ru/uploads/001a/a3/fe/327/211301.png

Ethan & Rickie
то, что делает нас семьей, мелкая.
и даже если ты моя любимая сестра, это не отменяет того факта, что ты вредный и доставучий гном.
И, эй, верни мой свитер!


зарисовки-планы
Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

Отредактировано Ethan Wood (2020-11-18 22:33:07)

+3

2

вечер субботы, 28 сентября 2019. вечеринка хер знает у кого в честь 3х недель учебы

... пунша становится мало, точнее алкоголя в пунше слишком мало. Голова до сих пор чертовски трезва и это начинает доставать. Где в этом доме может быть бухло? Кухня? Да, поискать можно именно там. А кухня у нас в какой стороне?
- Ээээтан! Ты тоже тут? Круууто, - как обычно протягивая гласные орет знакомый Мэтта. Сам Мэтт лишь коротко кивает мне, сидя на столешнице, нагло устроившись с ногами и курит, сбрасывая пепел в стакан. Где-то здесь я видел и нашего гения-плейбоя-вокалиста, но Аарон, видно, уже наше себе какую-то красотку и зажигает в гостиной.
- Здесь выпить есть? – сразу спрашиваю. Ну а что тянуть кота за яйца? Как у всех дела и что они тут делают меня сегодня не интересует (тем более, что с Мэттом мы уже пересекались), а задавать эти вопросы только потому, что это надо, банально лень.
- В шкачике былошота пстри, - жуя найденный в холодильнике кусок мяса, который предназначался явно не для гостей вечеринки, ответил мне Эрик. Да, кажется его зовут именно так. Я бесцеремонно открываю висящий над тумбочкой шкафчик и обнаруживаю почти полную бутылку виски. Шикаарно. Помнить тут было все равно особо нечего.
Глоток и горло обжигает алкоголь.
Выхожу из кухни в гостиную, оставляя Эрика опустошать чужой холодильник. То, что я искал - уже у меня, и заканчиваться оно пока не планирует. Потом найду тут что-нибудь еще. Думаю, в этом доме явно не одна бутылка спиртного…
Как закончилась целая бутылка я не помню. Чем я хуярился дальше – тоже.

* * * * * *
ночь с субботы на воскресенье, 28-29 сентября 2019
Мозг не просыпался абсолютно. Тело – только если начать блевать. Блять, я сколько жрал, что из меня столько выходит?
Медленно разлепляю глаза и свешиваю одну ногу с дивана вниз. Пальцами чувствую мягкий ковер. Так. Я лежу. Не двигаюсь, хотя глаза и ощущения упорно твердят, что все в этой комнате просто скачет по неебически странным дугам, будто я в центрифуге решил сдавать экзамен на космонавта. Однако одновременно нога чувствует, что все тут стоит на месте. Надо встать, дабы осмотреться где я и что я. Чуть двигаю головой и…
ЧЕРТ ТВОЮ МАТЬ АААА
Что я делал? Что я? А, потолок. Я смотрел в полоток. Смотрел в потолок. Точно.
Возвращаюсь на исходную. Ну, жить можно. Так. Главное не двигаться, ни в коем случае. Будем так вспоминать то, что было.
Глаза я закрываю. Уснуть хрен усну. Возможно.
Итак, Этан, что ты помнишь?
Первое, что всплыло в памяти – какая-то левая блондинка. Имя мой мозг посчитал явно неважной информацией. Ладно, плевать. Я успел с ней…? Надеюсь нет... Внезапно для меня память выдала следующий паззл вечера – Оззи. Точнее то, как я расстегиваю ее чертов лифчик. scheiße. Я ее трахнул? Ну какого хуя я вообще её нашел там? Если бы мог сейчас вздохнуть – вздохнул. Ибо уже даже в таком состоянии предугадываю, сколько пропущенных и смс висит в телефоне. Ну вот нахуя, нахуя я снова залез в это...
Где телефон, кстати? А хотя плевать. Потом найду.
Ладно. Что я помню еще? Ром. Помню, я пил ром. Ну круто, смешивать виски с ромом. А, еще тот пунш. А я удивляюсь, чего мне еще так хуево то а.
Вечер. Что там было?
Смутно, сильно смутно вспоминаю игру в бутылочку... Четыреждыблядская хуйня. И я согласился?
Меня начало мутить в кладовке. Да, там. Видно, это был почти под конец этой ахуительно-веселой-подростковой игры. Хотя какой конец, наши там, я догадываюсь были до победного. До победного вышвыривания всех вызванной соседями полицией. А с кем я был в комнате то? Кажется, что один.. Или... Или Мэтт припер найденную бутылку вискаря. Ладно, это не тот расклад, после которого следует орать благим матом.
Назревает главный вопрос.
Я, вашу мать, где?
Я ехал в машине. Я точно ехал в чьей-то машине. Только, сука, в чьей?
Этот пазл упорно не желал складываться.
Окей. Давайте взаимоисключать...
Черт, какие я слова могу подумать-то сейчас. Жаль речь такого явно не воспроизведет.
Потолок тут явно не из комнаты Оззи. Нет этих блядских звездочек, которые светятся прямо в рожу в темноте. Радует. Я не у нее. Съедение мозга откладывается.
Но и с блондинкой я точно не уехал? А с кем?
Снова открываю глаза. К горлу стремительно подкатывал комок тошноты. Черт, где здесь уборная? Нужно резко встать и…
Все, на что меня хватило это перекинутся через кровать и блевануть в любовно подставленное ведро. Боже, как заботливо.
Вертолеты возвращаются и я снова ложусь на исходное. Голова как одна сплошная наковальня, на которой, точно говорю, какой-то кузнец со стальными яйцами жарит бабу.
Вспоминай дальше. Я ехал в машине.
Чья, это, сука, машина?
«О, а … дружище? Офи…ер! А это … тачка? ... конечно, но … на ведрах… моего друга … подвыпили, …Тут не …»
Это определенно говорил вдрызг бухой Мэттью. Точно. Ага, значит какой-то более-менее трезвый придурок отвез меня. Но блять куда отвез? Я ехал один? Или… Нет, вроде один. Тогда какого он не спросил мой адрес? Ладно, спишем, что я не в адеквате был сказать. Но Мэтт. Сказал бы он. Ведь юный падаван – тире – водитель должен был спросить куда везти, нет? Он же не настолько идиот, чтобы отвезти меня к себе? Или настолько?
Мысли прерываются таким же стремительным потоком тошноты. Да блять, сколько я вчера мешал? Пиздец, пусть тут будет аспирин, умоляю..
Спать. Вокруг темно. Я хуй знает где. Как там? Утро вечера мудренее? Отлично. Утром разберемся где я и что.

* * * * * *
утро воскресенья, 29 сентября 2019

Открыл глаза я уже от мерзко светящего солнца прямо в ебало. Какой человек в здравом уме так блять открывает шторы и вообще кровать ставит? Голова уже не грозит взорваться от малейшего поворота и я медленно пытаюсь подняться на локтях. Путаюсь в одеяле и под тихое «бляяять» снова падаю в кровать. Нет, это дерьмо мне не нравится. Снова делаю попытку встать. Надо же, я сел. Только…
Ебаный ты кирпич. СУКА. Головааа. То, что она не болела было чисто в режиме «лежа».
Verdammte Scheiße
Зажмуриваю глаза, пытаюсь растереть их ладонями. Такое чувство, будто в них насыпали песка. Щедро. Очень.
Кое-как разлепляю оба. Смотрю перед собой и вокруг и могу только с облегчением вздохнуть: я в комнате у малой. Заботливый Мэттью, видно, как обычно вызвонил Рикки.
- Бляяя... Хоббит, мне так хуево, ты не представляешь... - тяну я, приваливаясь плечом к холодной стенке.
Чеерт. Мне не нравится этот взгляд, ей что-то надо. Этот хитрый еблет я знаю. Ща вспомню. Ща, ща точно вспомню...
Не вспомню.
- Только не говори, что я что-то тебе обещал, потому что я нихуя даже вечер не помню...

+3

3

В одной руке — телефон вместо фонарика, а в другой — полураздолбанные тапки, должно быть, вместо оружия. Бдительность на максималках, как у солдата на передовой; движения расчётливы; взгляд, затерявшийся в темноте ночного дома, наверное, всё-таки, хладнокровен; поступь же легка, аккуратна, от пушистых носков совсем невесома. И одно сердце бьётся бешеной дробью, чуть ли не пулемётной, отскакивая от стен опустевшего коридора, а затем и от едва слышно скрипящих ступенек, от пола холла.

Пускаюсь вперёд, мимо кухни, зала, и мимо скучающего у пустой миски Рэма. Оборачиваюсь пару раз через плечо, слежу, чтоб никто не спустился, никто не застал мои глупые попытки в тайного агента.

Накидываю поспешно на плечи куртку, набрасываю принесённые с собою тапки. Нежно щёлкаю дверным замком, выглядываю носом на мороз. Слегка прикрыв входную дверь и пробежав трусцой к дороге, дыша тепло, как паровоз, подскакиваю к жёлтой, кажется, тайоте камри и говорю:

Спасибо! Дальше мы, надеюсь, сами как-нибудь дойдём-с.

Таксист не против. Открываю ближайшую ко мне дверцу, застаю на заднем сидении.... нечто не в самой приличной позиции. Кажется, кое-где в слюнях, красный и стонущий, Этан бессознательной лужицей растёкся по всему салону. Ноги-шпалы неественно согнуты, рыжие кудрявые волосы, наверное, уже перемешались с алкоголем во рту. В целом, можно заключить, что братик назюзюкался в своё удовольствие. Но точно не в моё! Ведь кому другому, как не мне, в таком случае, придётся тащить его до дому, на своих хрупких плечах, теряя тапочки и самообладание в попытке не разбудить своими благими матами весь дом, а то и двор? Конечно, мне. Конечно, мне придётся кряхтеть под тяжестью этого вымахшего буквально за пару лет бугая, ловить его и оттого чуть ли не складываться пополам, чтобы только убедить его ничего не соображающий организм, что спать лучше не на холодной земле, а где-нибудь внутри, к примеру, в кровати, ну или на крайняк около неё. В обнимку с ведром и с водичкой рядом, разумеется.

В общем, поднялись мы кое-как на второй этаж, в сопровождении запереживавшего Рэма, и в обнимку забрели в мою комнату. Не в комнату Этана, потому что иначе утром маме станет понятно, что он дома. А в таком состоянии он не должен быть дома. Категорирически не должен.

Бросаю его не совсем аккуратно в свои расправленные одеяла и закидываю непослушные ноги на кровать. Укрываю кое-как, вытаскиваю волосы изо рта, пытаюсь разбудить. Безуспешно. Только какие-то нечленораздельные звуки достигают моих ушей, так же, как и чьи-то шаги в коридоре.

Бля-бля-бля-бля-бля, — разворачиваюсь я на все 180 градусов и пулей лечу к двери, останавливаюсь возле неё, выдыхаю, готовясь актёрить, и будто бы ни в чём ни бывало вышагиваю вон.

А ты-то что не спишь? — хмурясь на падающий из комнаты свет, хрепит полусонно мама на меня. Я же, давно уже (пару часов — это для меня рекорд!) нормально не говорившая, тоже вдруг хреплю:

А ты? — и спешу объясниться, хотя бы как-то: — я... к холодильнику.

А я к унитазу, — отвечает она незаинтересованно и обходит меня в пользу туалета. Держится за живот, голос и лицо отражают одно — идёт туда не по простой нужде, а по особенной.

Беременна, что ли? — глаз мой начинает нервно дёргаться, так же, как и передёргивается мама.

Сплюнь.

Киваю послушно, всё ещё хмурясь, и будто бы молнией ударенная шагаю к лестнице. В последний момент оборачиваюсь на запирающуюся в нужнике мать и, вспоминая уроки Честити, моей украиночки, плюю через плечо три раза и стучу по деревянным перилам. Не приведи Господь.

Достигнув гастрономического оазиса, кухни, пускаюсь в путешествие по полупустому холодильнику в надежде действительно найти в нём что-нибудь утешительное. Для себя, разумеется. Этану сейчас не до еды, а вот мне, похоже, всю ночь предстоит за ним следить — чтобы он мне там ненароком не обблювал все простыни да полы.

Не нахожу ничего интереснее, чем пакет молока и затерянные в верхних шкафах древние хлопья. Решаю, что нужно обязательно братика простимулировать к решению данной гуманитарной проблемы. Затем, удручённо, но с надеждой (и хитрой улыбкой), отправляюсь обратно в комнату (прихватив антипохмелин), где застаю Рэма за непотребствами, разведёнными на моей кровати. Вот ведь, Этана, значит, он так нежно лижет-слюнявит, а мне максимум, как щенку, по голове вдарить лапой может. Вот ведь несправедливость! Даже собака меня в этой семье не уважает, даже она...

Что ж, тогда будем говорить по-другому. Как меня и учили: если ростом (и авторитетом) не задалась, бери силой, может, иногда и смекалкой. А лучше пользуйся человеческой уязвимостью, прямо вот такой, в которой сейчас блаженно пребывает милый, слюнявый ни-ни.

Ни-ни, а ни-ни, — распеваюсь я тихонько, чтобы не привлечь внимание уже, кажется, отошедшей ко сну мамы и чтобы не привлечь случайно Этановы рвотные позывы, — а у нас там еды нет. Пу-у-усто и грустно.

Он, всё ещё, наверное, не осознавая происходящее, чего-то там хмыкает и отваливается на бочок, страдать. А я всё продолжаю:

Ни-ни, а может ты нам что-нибудь приготовишь? — Да, возможно не сейчас, но хотя бы завтра?

И братик снова то ли хмыкает, то ли угукает. И я, чувствуя, к чему это всё идёт, достаю телефон, включаю диктофон и на всеуслышание решаю внести большей конкретики:

Приготовишь нам завтра с утра блины?

Подставляю шустро телефон поближе и фиксирую его третье смутное "угу". Довольно улыбаюсь, сохраняю запись в архиве, чтоб ни в коим случае не потерять, и предоставляю его самому себе. Разумеется, подставив под кровать притащенное из туалета ведро.

А уже на утро, по первым признакам жизни ни-ни, нависаю с хитрой лыбой над ним и тонко напоминаю, включаю фоном запись:

Ты обещал бли-ны!

Чуть ли не силком тащу вниз, игнорируя любые попытки Этана опровергнуть его обещание гордым тыканием телефона в лицо, и, усаживаясь на стульчик, за барной стойкой, укладываю в ожидании ручки друг на друга.

Я готова есть. Те самые его фирменные блины, что он один умеет печь. Уверена, даже под похмельем.

+1


Вы здесь » REDЯUM » creepshow » [2017-2020] you are my family, nasty and loved


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно