особенности, локации, гостевая, хочу к вам
таймлайн, чаво, внешности, нужные
администрация
kaidan cain
необходимые персонажи:
персонаж, персонаж, персонаж, персонаж, персонаж

Больше всего меня поразил рассказ о смерти Уайльда. Он ненадолго пришел в себя после трех часов забытья и вдруг сказал: «Что-то исчезает: или я, или обои». И он исчез. А обои остались.
24.08//
... На ролевой сменился дизайн. Запущены два квеста в Хэйвене. В скором времени анонсируем и движ для Дерри. Если у вас есть идеи/предложения - мои ЛС всегда открыты. А тем временем редраму уже 8 месяцев. Всех поздравляю и спасибо, что вы с нами! <3

REDЯUM

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » REDЯUM » full dark, no stars » [10.03.20] the color of hop


[10.03.20] the color of hop

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

the color of hop
"Тут нужно говорить глаз на глаз… чтоб душа читалась на лице, чтоб сердце сказывалось в звуках слова".
дом Фаулеров — обед

http://forumfiles.ru/uploads/001a/a3/fe/181/818704.gif http://forumfiles.ru/uploads/001a/a3/fe/181/830485.gif

Morgan & Miles „


"Кто здесь?"

Отредактировано Miles Fowler (2020-08-02 17:34:48)

+4

2

Странно снова быть здесь. Как вообще можно описать состояние человека, который в последний раз посещал проклятый городишко всего несколько месяцев назад, а по факту мимо пролетела целая жизнь? Все изменилось. И одновременно ничего. Ветер все так же пытался пробраться под одежду своими колючими пальцами, но стоило солнечным лучам вынырнуть из-за облаков, как весна распускала свои теплые лепестки и грела каждого, кто шел к ней навстречу. Может именно весна послужила тем самым толчком для необдуманной поездки? Самое время для выворачивания душ наизнанку и сожалений о том, чего сделать так и не успел. Или не смог. Хотя в случае с одним бородатым бродягой можно поставить галочку под двумя пунктами из двух. Сомнительное достижение.

Дорогу он знал хорошо. Мог пройтись с закрытыми глазами по чертовой улице и остановиться на пороге нужного дома, но... сегодня он переоценил свои силы. Самолет, время, разговор перед отъездом от которого хочется превратиться в облако пара над этой водой. И все напрасно.

Тихо чертыхнувшись себе под нос, мужчина в расстегнутой куртке замедлил шаг. Ноги не хотели его слушаться, наливались свинцом каждый раз, когда он приближался ближе к намеченной цели, а мысли в голове превращались в испуганную птицу, бьющуюся крыльями об стены узкой клетки.

- Ты еще тут... - мягко проворчал Пустой, обращаясь к мелкой псине, что увязалась за ним еще два квартала назад, но так и не потеряла интерес к незнакомцу. - Ну, идем дальше, чего уставился?

Шаг, другой, третий... и каждый последующий - пытка. Он не готов. Не может просто появиться на пороге и сказать: "Хэй, а вот и я! Не ждали? А я вот он! Давайте сделаем вид, что между нами ничего не изменилось, а ваши дети не повзрослели на четверть века? Все ок, да?"

Морган не хотел признаваться себе в том, что бесконечно устал. Каким было основное правило Истинного Круга? "Живи долго, питайся досыта"? Пустые слова, которые прогрызли внутри ничем невосполнимую дыру. Триста лет - счастья нет. Из состояния полнейшего запустения выводит только бодрый звук четырехлапого приятеля, что временами обгонял его и иногда наворачивал круги вокруг.

"Ну и куда тебя пристроить?"


Заветный дом позади. Отдаляется с каждым шагом. Нет смысла ворошить прошлое. Его никто не ждет.


Сколько они так бродили? Солнце поднялось выше. Пузатые тучи проходили мимо и не заслоняли собой сияющие лучи. Мужчина успел купить себе огромный стакан кофе и пару пачек с печеньем, - разделил с псиной - выслушать замечание о том, как безответственно выгуливать животное без поводка, попробовать ввести животное в транс, дабы тот стал послушнее, - провалены все попытки - приказал ему просто идти домой, поймал на себе осуждающий взгляд дворняги.

- Ясно, - обреченно вздохнул мужчина. - У нас с тобой не получится конструктивного диалога, да? - Кого-кого, а бросить животное он не мог. И на то были свои причины.

Ему нужно было отдохнуть. Совсем немного. Сбросить напряжение после неудачного начала дня и совершить что-то полезное, чтобы можно было и дальше со спокойной совестью портить жизнь всему и вся. Мысленно желая исполнения всех задуманных планов и отряхнув с темной, клетчатой рубашки воображаемую шерсть, мужчина упустил на мгновение хвостатого товарища из виду, а тот, в свою очередь, уже мчался на всех парах во дворы, предварительно обнюхав воздух.

Псина шустро промчалась вдоль дороги и гордо задрав хвост потерялась за забором одного старого - с виду - дома, на чьем почтовом ящике сразу примелькался дятел.

"Я за ним не полезу"

И тем не менее проходит между заборами, что отделяют одну частную собственность от другой и тихо присвистнул, не желая привлекать к себе лишнего внимания жильцов и соседей поблизости.

"Знаешь, что тебе могут отстрелить, если хозяин окажется в плохом настроении? А ты сегодня даже собаку не сумел убедить в своей правоте..."

Не прошло и минуты, как пес объявился. Правда по другую сторону забора и с грязевой пылью на счастливой мордахе, которая как бы говорила : "Какого черта ты все еще там?! Лезь за мной, я целый тоннель вырыл!"

У Моргана и правда была мысль - зайти адекватно, постучаться в дверь и пообщаться с жильцами, только сам дом доверия не вызывал. Все вокруг говорило о том, что внутри обитают либо призраки, либо  кто-то совсем уединенный. Запущенная лужайка, старый сад с кривыми деревьями. Пока Пустой размышлял над собственной адекватностью, вертлявый терьер уже плюнул на него и во всю прыть помчался в сторону мертвых яблонь.

Он перелезает через забор так быстро, как только может и пытается не потерять из виду маленький хвостик.

"Мм, как звали собаку из того фильма, про парня в зеленой маске?"

- Майло, - вполголоса позвал он пса. - Если ты сейчас не выйдешь, я...

"Что? Не угостишь его еще одной пачкой печенья? Пустой дьявол сегодня как-то особенно опасен..."

+2

3

Оброненные близнецами Райт слова о том, что городские легенды Хэйвена - не легенды, косвенно подтверждались тем, что в больнице, куда Майлс попал, прямо скажем, не в сезон и не в час пик (некоторых вещей лучше бы не знать, но так получилось, что он знал) - людей было столько, сколько он, пожалуй, прежде не видел там вовсе. И привычной для таких очередей словоохотливости тоже не было. Кто-то сидел в оцепенении, кто-то плакал; остальные просто молчали, так что о причинах травм можно было только догадываться, а ведь это только приемный покой - для тех, кто пришел своими ногами. Были еще скорые. И реанимация.

Он вышел совсем не в духе из-за всего увиденного, безостановочно трогая то новую повязку на руке, то пластырь на физиономии и баночку с выписанными таблетками, лежащую в кармане. Опасливо оглядывался: каждая пролетавшая птица вызывала недоброе чувство где-то в коленках, но ничего необычного не происходило. Спешить было некуда, он сам выдавал себе больничные и отгулы, и единственным мотивом взять такси был страх перед птицами. И именно поэтому он пошел пешком. Механизм закрепления страха срабатывал в тот момент, когда человек ему поддавался. Так социофобия загоняет в дом, так панические атаки отрезают целые пласты жизни: ты поддаешься, запоминаешь это - и проигрываешь в следующий раз. Майлс шел, уже не стараясь искать птах вокруг, смотрел строго перед собой - и думал про лобстеров.

Лобстеры, пережив поражение в схватке, разжижают свой мозг и выращивают новый. Иначе они не способны смириться с понижением своего статуса, им нужен для этого новый мозг. С каждым поражением они все больше лузеры. Каждое поражение уменьшает их шансы на победу в следующий раз, и падение практически неизбежно.

На дорогу выпрыгнул воробей. Майлс скользнул по нему взглядом и заставил себя идти прямо на него. Даже если эта птичка нападет, ее можно переломать, сжав в ладони. Птичьи кости, полые, легкие и хрупкие. Ничего лишнего. И рядом не было стаи ее собратьев, чтобы растерзать его и унести в страну мертвых, как Машину.

Воробей сердито чирикнул, но уступил ему путь.

Когда Майлс свернул на свою улицу, уже наступил обед. Изредка из соседских домов доносилась музыка или звуки очередного тв-шоу, был вторник и хотя Хэйвен был маленьким, далеко не все мужья рвались вернуться домой в середине дня. Он рассеянно кивал кому-то из знакомых, заставляя себя улыбаться. Поднимать в жесте приветствия раненную руку не хотелось, чтобы не привлекать внимания, хотя и так совсем без вопросов не обошлось. Версия была одна и та же, для больницы и для всех вообще: помогал выпутать чайку из пластика, она напала. Какая жалость. Бедолага, не подходи больше к этим вонючкам. Я постараюсь.

Последний участок пути был вовсе уединенным, дома-соседи стояли тихими и как будто бы пустыми. Майлс порядком устал, отмерив столько шагов, и на автомате проверил почту, которую уже проверял утром, откладывая важные дела. В ящике лежали сухие листики, скрученные последним осенним пеклом и оставленные там, как напоминание: когда зимой тебе нужен знак, что это - не навсегда, проверь почту.

Он поднял голову, беззвучно опустил крышку ящика и прислушался. Показалось, что кто-то звал его по имени. Откуда, из дома? Майлс перевел взгляд на входную дверь. Следов взлома не видно. Ключи есть у его родных в другом городе, но никто из них не приедет к нему вот так, без предупреждения.

Голос был совсем незнакомым, а значит, едва ли мог ему послышаться. Настороженный, вытянув шею, Майлс обогнул дом справа, проскользнув между забором и гаражом, где были навалены бог весть откуда взявшиеся покрышки и выглянул на задний двор. Первоначальный порыв, спросить громко "Кто здесь", он проглотил и не поперхнулся: если это плохая ситуация, то никто ему не ответит, а если нормальная - разберутся и без банальностей.

В саду действительно кто-то ходил. Но не успел он ничего сказать, как на него налетела, с счастливым лаем, совершенно незнакомая псинка. Майлс не мог не улыбаться в ответ, когда собаки смотрели с такой симпатией и таким довольным оскалом, он сделал пару шагов вперед - только бы лапу неугомонному не отдавить случайно - и от души потрепал того по холке здоровой рукой.

-Сэр, ваша собака здесь, - произнес парень, пытаясь удержать того на месте. Но пес снова лаял, и теперь Майлс уже не сомневался: паршивец намеренно выдавал тому человеку, стоящему где-то за густым кустарником и старым садом его местоположение. Указывал на него. Конечно, посреди белого дня, в уютном болотце вроде Хэйвена, нечего было бояться. И все же Майлс разглядывал человека перед ним настороженно. Собака была грязной, он почувствовал это, коснувшись шерсти, а человек - пришел на чужую территорию.

+2

4

За мелким сорванцом так легко не угнаться и разглядеть под какой куст нырнула мохнатая морда - отдельный квест с повышенным уровнем сложности. Пес был уверен, что придумал занимательную игру в чужом саду, а Пустой был ни кем иным, как удобной, говорящей и следующей за ним игрушкой. Иногда пес замирал, когда находил укромное место и выжидательно отсиживался, а затем, в нетерпении выпрыгивал и пересекал заросшую местность в поиске очередного убежища, пока Морган старался схватить его.

- Ладно, - тихо проворчал мужчина. - Сам вылезешь, когда надоест.

Вместо того, чтобы и дальше развлекать неугомонное животное, ему захотелось заглянуть в чужие окна, рассмотреть его внутренности, стены, может увидеть что-то интересное... нельзя сказать, что это место было жутким, скорее забытым, но не заброшенным. Поэтому он демонстративно - для Майло хвостатого - развернулся и направился ближе к дому, чтобы познакомиться с окружением поближе. Все равно никто не выскочил с ружьем наперевес, может и сильно торопиться не стоит?

Его обувь оставляет в почве отчетливые следы, он мягко ступает по траве и дойдя до черного входа пытается всмотреться в небольшое окно, приложив к лицу ладони. Расследование мало принесло плодов. Ничего более интересного чем стены со старыми обоями, углы и изношенный временем стул, что попался на глаза, он не увидел. Для лучшего обзора он решил проделать тот же трюк с другим окном, но сразу понял, что из этой затеи ничего толкового не выйдет, а пёсик не торопился раскрываться перед свои другом-человека.

На мгновение показалось, что он услышал что-то. Вроде осторожных но не вкрадчивых шагов. Кто-то приближался и маленький пятнистый комочек радости показался среди деревьев. Счастливо виляя хвостом он навострил уши, всматриваясь куда-то между забором и гаражом. Хоть интуиция Пустого спокойно молчала, а все же долю тревоги он испытал. Меньше всего хотелось встрять в неприятную историю именно днем, в жилом районе, когда все вокруг как на ладони. И все из-за бродячей - ужасно милой - собаки.

Со звонким тяфканьем пес срывается с места устремляясь вперед и продолжает заливаться довольным лаем, иногда смолкая чтобы фыркнуть. Он нашел кого-то и всеми силами старался сообщить о своей чудесной находке, будто был не домашней собачонкой, а гончей, которой повезло унюхать свежую дичь.

- Сэр, ваша собака здесь, - услышал Морган и как-то сразу расслабился. Эта простая фраза и прилагающийся тембр голоса сказал о его обладателе слишком много. У таких не висит на стене оружие, если только отцовское и не заряженное, они не вступают в конфликты умышленно и обращаются к незваным гостям "сэр".

"Чудненько".

- Она не моя, - сказал он и, как только неизвестный оказался в поле зрения, с любопытством прищурился. - Увязалась и решила откопать клад в твоем саду, - коротко оглянувшись назад, на старые усохшие яблони, он вновь возвращает внимание к молодому человеку. - Ты тут живешь или кто? - указывает большим пальцем в сторону двухэтажного дома.

Человеку напротив сложно дать на вид больше двадцати лет. Выглядит бледным и истощенным, еще поврежденная рука и пластырь на лице. "Черт, что с ним случилось? Хотя... в этом городе регулярно что-то происходит". А еще его взгляд, - Морган часто обращает на него внимание во время разговора и первого знакомства - иногда он может сказать о человеке гораздо больше, чем тысяча приведенных фактов. И эти глаза вызывали в Пустом чувство...

Майло-младший с любопытством изучает новые запахи и задирает пыльную мордаху вверх, рассматривая своих лучших друзей, - а как иначе? - иногда грозно лая на одинокого воробья, усевшегося на край забора. Мужчина еще не знал, как поступит с животным, но оставлять его на улице точно не собирался, как и передавать первому встречному "на хранение". Но что-то нужно было решать и желательно прямо сейчас.

- Эй, - улыбнувшись в первый раз за целый день, он всматривается в чужие глаза и Сила мягко устремляется внутрь них, мягко обволакивая сознание незнакомца. - Скажи мне свое имя, - он не просит разрешения представиться, но и нагло вторгаться в неизвестное ему Я не собирался. - Ты, как... - достав из кармана пачку сигарет, Морган берет одну для себя, но не торопится зажать ее между губами. - В порядке? А то выглядишь... - неоднозначно показав на свое собственное лицо, будто глядя в отражение, хотя дело было не только в лице.

"Он ведь может быть полезным? Или... хотя бы забавным?"

+2

5

- Правда? А она так, кажется, не считает, - Майлс переглянулся со счастливой псинкой, которая, похоже, до самых кончиков ушей поверила в то, что нашла себе друзей и перестал улыбаться ей. Значит, ничья. - Да, я здесь живу.

Если не считать сомнительной славы у соседей, Майлс любил свой дом, особенно за то, насколько по-другому текло время на заднем дворе, за садом и в оранжерее, хотя сейчас, конечно, туда еще нужно было пробраться, а не как в детстве: прошел через сад и вот ты в "доме цветов". Мэгги любила выращивать съедобные травки и кустики, но цветы там тоже были. Когда-то давно. Он механически потрепал собаку по голове, когда та поднялась на задние лапы и оперлась на него, пачкая землей джинсы: свежая повязка тоже очень быстро стала серой от грязи.

Незнакомец кажется обычным, хотя это странная мысль: он похож на циркового бородача, атлета, катающего на своих плечах двух красивых барышень. Образ безобидный, но никак не обычный. Майлс встречается с ним глазами совсем ненадолго - он избегает так смотреть, особенно стесняясь, а запущенный сад и его собственный потрепанный вид ему под стать... Он уверен в себе ровно настолько, насколько может позволить себе хозяин территории, но прямо скажем - гордиться этому хозяину нечем.

- Майло Фаулер, - последний раз он так представлялся Изабел, сколько лет тому назад? Возможно, за все это время он просто не встречал подходящих людей. - А ты? Не видел тебя раньше в городе.

Так себе оговорка: мало ли туристов... Но для сезона рановато. Все-таки местный? Или путешественник? Просто проездом, по работе, по личным делам? Да ведь и улица, на которой стоял этот дом, едва ли не самая безлюдная из тех, которые не лежали где-то совсем на окраинах. Не туристическое место, а если для прогулки - так это тоже надо постараться и найти ее, для начала.

Или один из тех, кто возвращается в те самые тревожные годы. Это многое бы объяснило.

Он вдруг подумал, что если мужчина залез в сад, чтобы грабануть его, то он должно быть или не очень умен (отметается, острый ум в чужих глазах Майлс считывал - как и некоторые другие черты и... состояния, которые заставляли его подрываться и бежать, чувствуя опасность; или не бежать, но это уже совсем другая история) - или он ищет в подобных местах всякие старинные штучки, вроде кукол, патефонов или монет. Должно быть очень неловко стоять напротив хозяина дома и спрашивать того, как он себя чувствует. Нет, это тоже неверный вариант. Практически "данетки", только вживую. И правду он не узнает, если мужчина не скажет сам, но сказать он может что угодно.

- Нормально, - рассеянно ответил Майлс. Ему было все равно, если бы не старания Дженни, никуда бы он не пошел сегодня. И то, что он не ел, стало понятно только потому что запах пирога с курицей, который донесло ветром, показался привлекательным. Дома снова было шаром покати, кола, пиво, овощи не первой свежести, может, нашел бы замороженный бекон или кусок фермерской курицы. Но вместо этого он достал из кармана куртки свою пачку сигарет и, открыв, протянул мужчине. - Все в порядке, спасибо.

Гостю. Он все еще мог, наверное, напасть на Майлса сзади, соседи часто не предпринимают ничего, если крик только один; глухие удары тем более не воспринимаются всерьез. Майлс так же равнодушно прикинул, сколько секунд нужно тому, чтобы поднять бетонный блок типа большого кирпича - один из тех, что лежали у их ног и когда-то должны были стать крыльцом заднего двора - и навалиться с ним вместе вперед, за один долгий шаг обрушить его на затылок парню, который не ждет удара. Замыл бы кровь на себе, свежая отстирывается до незаметных пятен легко и быстро, а запертая дверь заднего двора не препятствие даже для самого Майлса. Потом он ушел бы через зеленый тупичок, которым заканчивалась улица, выше над побережьем поймал бы попутку. И затерялся. Для всего - нужна одна деталь: его гость должен быть психопатом.

И его спусковой крючок должен щелкнуть сейчас.

Размышляя об этом, Майлс осторожно курил здоровой рукой, стараясь не насыпать на себя пепла и украдкой разглядывал визитера: он видел чернила, причудливой композицией покрывшие кисти его рук, линия его рта была почти невидной за густой бородой, а глаза - глаза пожившего человека - так странно смотрелись на молодом лице. Собака к нему привязалась конкретно, это хороший знак. Собаки тоже ошибаются в людях, это - неоспоримый факт.

Но если Майлс и умел что-то там различать, сейчас это не работало, один только рассудок подсказывал, что ситуация из ряда вон: не каждый день ты встречаешь на своем дворе импозантных незнакомцев.

Отредактировано Miles Fowler (2020-08-10 07:14:49)

+2

6

Морган задумчиво поглядел на счастливого пса, который и в самом деле успел привязаться к нему, а следом, перевел свой взгляд в сторону и изучил крышу старого дома. Он действительно принадлежал парню, что стоял напротив него. Наверняка достался в наследство или был куплен почти даром, в следствии каких-то трагических событий. Если так, то в подвале или на чердаке, наверняка найдется один или два забытых духа, на которых было бы любопытно поглядеть. Хотя, молодой человек выглядел скорее грустным, нежели напуганным до смерти. Кончики его длинных ресниц глядели не вверх, а понуро вниз, будто эти светлые глаза не привыкли глядеть куда-то выше, чем под ноги.

Майло Фаулер, - парень представляется, а Пустой глядит на него, не скрывая блеска любопытства в темном омуте карего цвета. Еще пара минут и ему станет ясно наверняка, что за чувство откликнулось в его проданной - за вечность и удовольствия - душе, когда он смотрел на парня.

И название этому чувству - жалость. Но не как к человеку. В его глазах, - которые то и дело старались ускользнуть и не принимать участия игры в гляделки - читалось то, что отражалось во взгляде потерявшейся дворняги. Бесконечная, неутолимая печаль и желания быть нужным кому-то. Просто сидеть рядом и греться под боком у хозяина. Делать его счастливым любой ценой. Только бы быть рядом. Только бы согреться.

- Морган, - коротко называет мужчина свое имя и следит за псом. Тот забавно вилял маленьким хвостом и, раскрыв пасть, наблюдал за Майло, от чьей ноги он не собирался отставать, продолжая стоять на двух лапах. - Я жил тут раньше, - наклонившись к четвероногому другу, он потрепал его за ушками, получив в ответ игривое клацанье зубов и усиленное виляние хвостом. - Какое-то время, - он чешет чудесную макушку зверька и не отрываясь снова пытается заглянуть хозяину дома в глаза. Изучая чужие черты лица снизу, он улыбается уголком губ. - Может мы были знакомы? Или я знал твою семью? - Врет. По крайней мере на счет первого варианта. Когда Морган в последний раз ступал по улицам проклятого города, Майло еще не было на свете. - Чертов город никого так просто не отпускает, да? Всегда тянет вернуться... хотя бы к природе. Красиво тут. Даже... - коротко глянув на бетонные плиты, мужчина снова выпрямляется и отряхивает ладонь от пыли, что налипла с собачьей шерстки. - Даже у тебя здесь по-своему мило.

Конечно, Пустой отлично знал обо всем, что тут происходит. О проклятых семьях, о тех годах, что несли за собой беды. Пожалуй он знал даже слишком много, поэтому ему хватало мозгов на то, чтобы лишний раз не провоцировать местных в бедовую пору.

Внезапно пес замер и начал с любопытством изучать запах в воздухе. Из соседнего дома донесся вкусный запах домашней еды, который напомнил Моргану о том, что все его сожженные нервы и калории, не могут восстановиться одним стаканом кофе и пачкой печенья. И не он один был такого мнения.

- Ну, если для тебя это нормально... - мягко произносит мужчина, не собираясь настаивать и расспрашивать парня о том, о чем тот явно не желал говорить. - Я не хотел к тебе залезать, - честно признавшись, он берет чужую сигарету и закуривает. - Этот бандит умудрился прорыть подкоп, - незлобно сверкнув глазами в сторону пса, Пустой продолжает: - Наверное придется искать его хозяев.

Солнце приятно согревало кожу и пятнистую шерсть. В воздухе витал запах куриного пирога и терпкого никотина, от которого начиналась резь в чувствительных глазах, если ветер подгонял к ним сероватый дым. Песик устало улегся на землю между своими друзьями и немного тоскливо вздохнул. Прямо сейчас у него были только эти двое незнакомцев, которые не знали толком, как им самим воспринимать друг друга. Как случайных знакомых или потенциальную угрозу?

Морган опасался того, что Майло мог оказаться проклятым. Потому что никогда не знаешь, какую беду они могли нести в себе. Это могло быть чем-то безобидным, но не редко беды имели разрушительную силу. И тут просвечивалась иная сторона отношения старого дьявола ко всем тем, кому "повезло" родиться под несчастливой звездой. Если его новый знакомый все же проклят, то насколько сильным он мог быть? И насколько полезным для него - Пустого.

- Может поможем друг другу? - чувствуя на себе взгляд любопытных глаз, Морган вежливо сделал вид, что не замечает интереса к собственной персоне. К тому же он был совсем не против. - Майло нужно отмыть, привести в человеческий вид и покормить, - ткнув пальцем в собаку он был предельно серьезен, а пес с любопытством задрал мордашку. - В идеале - вернуть в семью. В противном случае... - докурив сигарету, мужчина неосознанно кинул бычок в сторону, который затерялся под бетонными блоками. - Мне придется оставить его себе... - очередной взгляд на парня возвращает его к старым мыслям о том, что перед ним еще один потерявшийся зверек, который нуждался в помощи. Но в какой конкретно - большой вопрос. - А я, могу... ну... быть твоим должником? - Со вздохом он снова пытается всмотреться в чужие глаза, но не для вторжения в его сознание. Для этого ему было достаточно, чтобы Майло просто слышал голос Пустого. - Хочешь есть? Я бы прямо сейчас слона зажарил.

+2

7

Майлс кивнул в ответ: даже если имя было ненастоящим, оно все равно шло этому крепкому на вид, жилистому мужчине. Легко ложилось на его силуэт.

Когда гость присел, чтобы потрепать по голове собаку и Майлс инстинктивно отступил на шаг. Он по-прежнему не чувствовал - никакого эмоционального - беспокойства, по поводу постороннего в саду, но что-то тянуло его зайти в дом и закрыть дверь. День был неплох для начала марта, и небо уже очистилось от тяжести, поднялось вверх светлым куполом, как всегда, когда зимний сезон таял. В такой день хочется гулять, а не сидеть в четырех стенах. И все же.

Комплимент двору получился честный и оттого приятный, и Майлс одобрительно хмыкнул. "По-своему мило" - это в яблочко.

- У меня плохая память на людей, - отозвался Майлс и не кривил душой. Он и многих партнеров встречал как в первый раз, когда это была уже далеко не первая встреча, и не мог отличить почтальона от соседа без форменной одежды. Как часто происходит с человеческими пороками, он не помнил других и не так уж часто запоминался сам: люди зеркалят то, что ты меньше всего хотел бы им показывать... может, поэтому они показывают это тебе. - Не уверен, все-таки, вряд ли это было. Может быть, пересекались где-то в городе.

Незнакомец - незнакомый, он сам не осознает, что подчеркивает это, для себя же самого подчеркивает. Не расслабляйся, ситуация странная. Но то ли Майлс действительно расслабился, ведь все его новые знакомые, встреченные в последние дни, были добры к нему, то ли это скопилась усталость и ему просто не хватало реакции, чтобы ощериться и уйти. Вместо этого он говорил - со странным гостем и его (пусть даже временно) собакой. И тот разговаривал загадками, прямо как Райты. Церато - его лучший друг - спокойно собрал манатки и уехал из города, его Хэйвен отпустил. И их общую подружку, которая уехала с Церато вместе, тоже. Майлс, конечно, вряд ли бы уехал вместе с ними, даже если бы они позвали, но ведь главное не это, главное - что никто не позвал.

- Кто как, - Майлс смотрел на пустую птичью купальню, с осени заваленную сухими листьями. Ее он вычистит где-то в середине апреля, это то немногое, что он в саду по-прежнему делал. - Многих, кого город не отпускает, он на самом деле и не держит. Пинка тоже не дает, но ведь и не должен. Мне тут нравится, но я бы хотел посмотреть на пустыню. Мохаве выглядит как...

Он покачал головой. Не было слов, чтобы описать это. Изморозь под бескрайним звездным небом, ящерки на камнях, растения и скалы, шоссе, лентой несущееся за горизонт. Как будто настоящую, самую честную нежность, можно было найти только в таком месте: мгновения, крошки, капельки самой настоящей нежности.

- Как другая планета, - обронил он, закончив мысль.

"Если для тебя это нормально". Майло искоса посмотрел на Моргана и невольным жестом коснулся пластыря на лице. Ненормально, конечно, ненормально. У него и так проблемы с тем, чтобы быть нормальным, всегда были проблемы! Он ничего такого в свою жизнь не заказывал: ни родовых проклятий, ни травм, ни тем более... Господи, тогда на парковке, ведь тогда это тоже было. Птицы напали на Билла. Он нервно стиснул бычок, только что догадавшись. И вороны, напавшие на миссис Шнайдер - и на него тоже. Это не... Не то, что он подумал сперва: будто бы птицы просто дружно и массово разлюбили его, нет, оно работает не так. Нападают на всех, кто с ним рядом.

Это разом шатнуло его спокойствие, за которое он цеплялся с самого утра, заставляя и заставляя себя не чувствовать, не пропускать через себя ни эту мрачную очередь в больнице, ни свои туманные перспективы, ни боль, пульсирующую под повязкой. Отстраняться, быть немного "вне" всего происходящего. Но сейчас он как-то ясно понял, что пока этот кошмар в городе не кончится, он, видимо, вообще не должен выходить из дома, раз может быть опасен для окружающих, а не только для себя. Сперва его здорово утешало, что обезумевшие чайки не трогали Калеба. Но это могла быть случайность, везение. В следующий раз они вполне могут попробовать и чужой крови, верно?

Сонливость прошла разом, он встряхнулся, прогоняя этот неприятный холодок, слишком хорошо ему знакомый. Чувство отверженности, вот что это было.

Все это время новый знакомый продолжал говорить, и Майлс слушал его вполуха, продолжая пытаться обрести равновесие, и кивал. Помыть собаку, хорошо. Майлс даже может сфоткать его на свой разбитый мобильник и найти группу потеряшек или бездомных собак и запостить фотографии туда. Он слабо волновался о том, что дома пыльно - бардака на первом этаже не было (нигде не было, кроме его комнаты, да и там - было бы что разбрасывать), и еще меньше переживал о кражах. Что Морган сможет стащить, потемневшие мельхиоровые вилки, которыми никто не пользовался, или подушку с вышивкой, которую сделала Лисбет, бабушка Майлса? Вынести компьютер тот еще геморрой и не стоит того.

Морган бросил бычок на землю - совершенно механическим жестом отбросил его куда-то - и шатание Майлса мгновенно трансформировалось во вспышку раздражения, близкого к злости. В кустах одичавшей вишни раздались шорохи. Множество тонких ветвей качнулись в едином порыве движения и - продолжили качаться. На столб электропередачи, стоящий у дороги, за забором, прилетела крупная ворона и вопросительно склонила голову, прежде чем резко и коротко крикнуть. Майлс напрягся, моментально отвел взгляд и развернулся к саду спиной, завозившись с дверью: не хотел знать, сколько их там сейчас собралось. Он, годами наблюдений приученный слышать приближение птиц, знал, что они продолжают собираться.

Готовые взлететь. Он отпер дверь и толкнул ее плечом, чтобы войти внутрь первым, и сразу пойти сквозь кухню в прихожую, торопливо и неловко сдергивать с себя куртку.

- Да, - уронил он по пути отсутствующим голосом. - Зажарить слона. Отличная идея. Помоем собаку, зажарим слона. Взамен можешь просто поднять за собой мусор из сада, этого достаточно.

"Раз, два. Три. Четыре. Нет, не так. Раз, два, три. Раз. Два. Три. Округлые камушки. Раз. Два."

+2

8

Мужчина дружелюбно хмыкнул, когда получил вполне ожидаемый ответ - его не узнали, конечно, он бы удивился, если бы получил от Майло противоположный ответ. Необычным было лишь то, что столь молодой птенчик посетовал на собственную память. Но вероятнее всего, проблема заключалась в том, что эти большие глаза предпочитали смотреть в землю и изучать пыль под ногами, а не лица собеседников. Если это изменить - гляди и начнет запоминать хоть какие-то отличительные признаки. Говорить все это вслух Пустой не собирался, только улыбался незаметно, пока взгляд - без толики смущения - изучал длинные ресницы и стерильный пластырь на чужой коже.

- Может быть, пересекались где-то в городе.
- Может, - согласно кивает он и тут же добавляет: - а может и нет.

"И все же... моя память на лица подсказывает, что даже с твоими родственниками я никогда не встречался
, - почти тоскливо пропел внутренний голос, - ничего общего с... почему я вообще хочу найти что-то общее?"

Его живой и пытливый энтузиазм, коим Морган одаривал Майло, шел в полный разрез с тем, что происходило внутри его пустой души. Каждое его движение - ловкий трюк. Каждое слово - ненавязчивый обман. Но эта ложь была для него самого, а худощавого парня напротив, он уже списал в случайные знакомые. Наверняка они больше никогда не увидятся. Используют друг друга так, как каждый посчитает нужным... или только Морган использует. Но что-то внутри подсказывало, что он еще вернется сюда, окажется на пороге старого, всеми забытого дома с заросшим садом и кучей покрышек во дворе. И его впустят.

Парень наотрез отказывался смотреть в карие глаза незваного гостя. Иногда это могло свидетельствовать о смущении и врожденной скромности, но чаще всего, то было знаком болезни души. Моргану не понадобилось много времени чтобы понять, какой именно тип перед ним находится. Есть что-то чарующее в человеческой грусти. И в бесконечном одиночестве.

- Мне тут нравится, но я бы хотел посмотреть на пустыню...
- У тебя есть все шансы увидеть ее, если... - он кидает взгляд в сторону забора, на котором, к уже сидящей, толстой птахе, присоединились еще пара воробьев. Птицы сидели рядом друг с другом и будто наблюдали за мужчинами и одной изрядно уставшей собакой, которая лениво тяфкнула глядя на пернатых. - Если выберешься отсюда.

А сумеет ли он? Говорит, что город никого не держит, но Морган, даже не будучи Проклятым остался навсегда зависим от городка затерявшимся среди высоких сосен. Что если беды заразны? Что если сам этот город заразен? Или он просто ищет оправдания тем чувствам, что были противоестественны для него. И размышляя над всем этим, старый Дьявол ощутил себя на мгновение усталым псом, хлебнувшим дорожной пыли в поиске дома. А когда нашел его - не рискнул даже приблизиться. От одного этого сравнения стало тошно и Пустой хмуро отвел взгляд.

Ситуация менялась, словно весенний ветер. Мужчина ощутил напряжение возникшее в кончиках пальцев и короткий порыв ветра лизнул его открытую шею. Ничего не предвещало перемены в погоде: солнце все так же светило и прогоняло прочь истерзанные клочья облаков, но что-то было не так. Как секунды тишины перед раскатом грома. Майло давно его не слушал, было видно, как его мысли улетучились куда-то далеко, туда, где не существовало странного незнакомца и рыжей собаки, но Морган продолжал говорить. Ему было важно, чтобы парень слышал его голос,  даже если тот не поднимает своих глаз.

В одно мгновение ему показалось, что все звуки стихли и сквозь упругую тишину прорвалось карканье крупной вороны, усевшейся на столб. Один взгляд на нее пробудил в Пустом все его обостренные чувства, но до конца понять причину своего беспокойства он не мог. "Это же просто птица, - думал он, - что может сделать одна птица?" Ответом на его вопрос стал шелест сухих ветвей в гуще сада. Какое-то движение разбудило скрюченные деревья, и если Моргану стало любопытно, то Майло будто побледнел.

Он молча наблюдал за тем, как открылась дверь и как за ней пропал хозяин дома. Сам Морган последовал за ним только потому что слышал направленный в его сторону голос, хотя и не сильно заинтересованный. Взглянув на крупную птицу в последний раз, мужчина осторожно проскочил в дверной проем, а следом за ним влетел встревоженный пес, торопясь скрыть свой влажный носик под ближайшим диваном, креслом или шкафом.

- Взамен можешь просто поднять за собой мусор.
- Идет, - отвечает он и закрыв за собой дверь выглядывает в окно.

Пустой молчит, он почти слышит чужие мысли и кожей ощущает энергию стен изуродованных временем и попыткой скрыть изъяны. Он не хочет мешать Майло, выводить его из состояния, когда тот почти ничего не замечая ушел в себя. Что он делает? Успокаивает себя?

"Никогда не зли Проклятого. Никогда не прикасайся к Проклятому. Никогда не мешай Проклятым. Если не помогло - убей Проклятого".

Перед ним, взбив широкими крыльями воздух уселась все та же ворона. Их разделяло стекло и какие-то полтора метра. Птица склонила голову и глядела на Пустого в ответ своими черными глазами. Она будто ждала чего-то. Совсем рядом, из сада, доносилось чириканье встревоженных птиц.

Напряжение росло, готовое сорваться вниз или раствориться в легком воздухе. И весь дом замер. Только птицы за окном и испуганное сопение потеряшки граничащее со скулением.

+2

9

Сбросив куртку на вешалку, Майлс шагнул к входной двери, скрываясь из виду и с силой прижался спиной к стене возле нее. Помутневший от времени витраж в сухой древесине - две маленьких вертикальных вставки - был подсвечен ярким солнцем, но при этом свет почти не пропускал. Майлс невидящими глазами смотрел на дверь, пока не проморгался и не всмотрелся внимательнее. Гаичка внизу на одном витраже, кукша наверху на втором. Он никогда не встречал ни ту, ни другую в природе, да и вообще не слишком-то думал, что они тут делают. Даже не помнил, откуда знал, что это за птицы: изображение было мозаичным и, конечно, не фотографически точным.  Знал только, что витражи врезал в дверь вручную то ли дед, то ли прадед по линии отца - Фаулеры купили этот дом когда-то в прошлом веке.

Ладно. Там в комнате топает по стертым плитке и паркету пес, постукивает когтями (надо бы подстричь), и там ходит незнакомый человек. "Но мы уже познакомились," - мелькнула странная мысль. Одна из тех, которые гнали его в ночь из дома или в постель к людям, которых он мог больше никогда не увидеть. - "Его зовут Морган. Теперь вы знакомы". Интересно, поделиться с ним своими мыслями о том, что убийцы с незапамятных времен заманивают детей "щеночком", будет провоцирующим фактором или наоборот? Трюк такой старый и так прекрасно работает даже на взрослых парнях.

Пес выглянул из-за угла, встречаясь с Майло взглядом. На его пыльной от земли морде застыл немой, но очень выразительный вопрос. "Ты чего тут делаешь". Майлс так и стоял, вытянувшись вдоль стены, прижимаясь к ней затылком и лопатками так, чтобы чувствовать опору и даже не знал, что ему ответить. Он сбился со счета, мысли тоже сбились; но то, что Морган из кухни отозвался согласием на просьбу и не стал спорить или грубить, нивелировало ту небольшую агрессию, которая вспыхнула, как спичка - чтобы тут же затухнуть. "Но у тебя таких полон коробок. Еще ни одна ничего не сожгла". В саду, хлопая крыльями, разлетались птицы. Майлс едва удержался от того, чтобы сползти по стене вниз: он бы с удовольствием посидел так, погладил бы снова собаку, но вместо этого вышел обратно в кухню и попробовал улыбнуться Моргану. Взгляд сам собой переходил на его татуировки и Майлс отстраненно подумал, что у этого человека не может не быть шрамов.

- Есть свободная ванная на втором этаже, дверь слева. Человеческий шампунь подойдет? И есть простое жидкое мыло, или лучше мыло для фруктов? - Он двинулся к раковине, достал почти нетронутую бутыль из-под нее и завис. - Подходящее для мытья всего, в том числе для фруктов. Я все равно им не пользуюсь, можно весь флакон вылить.

Хорошо бы вымыть руки, только правая заклеена и забинтована, начиная с тыльной стороны ладони и до локтя. Потер кончиками пальцев друг о друга: грязь от собачьей шерсти чувствовалась даже на ощупь, и посеревшая от нее повязка расстраивала. Отставив бутыль на тумбу рядом, чтобы Морган мог ее забрать, он включил воду и намылил руки, неловко и по частям, все-таки смывая грязь.

- Я поищу старые полотенца, - добавил Майло, оглянувшись на Моргана. Новых полотенец тут и не было, но он имел в виду совсем-совсем старые. - Что-то еще нужно? Мыть собак мне не приходилось, и... Если мне участвовать, то только одной рукой. Но там тесно. Ванная маленькая. Сможешь сам?

Обычную ванную, которой он пользовался сам, на первом этаже, решил не трогать: во-первых, утром он заливал трубы химией и ей бы еще постоять пару часов, а во-вторых, маленькую проще будет привести в порядок потом - она была совсем пустой и неиспользуемой.

Закончив мыть руки, он по привычке от души тряхнул ими, сбрасывая капли воды прямо на пол, и тут же скривился, прижал правую к груди: чувство на долгие пару секунд было такое, словно в ране из ниоткуда появился остро заточенный многогранник. Но быстро прошло, оставив тупую, пульсирующую боль, разве что немногим сильнее, чем она была до этого. Он опять улыбнулся, сбивчиво переводя на шутку:

- Кому-нибудь так и буду рассказывать. Мыл собаку только левой рукой. Стоя за дверью.

Лестница, ведущая на второй этаж, упиралась в тупик - в стену гостевой ванной, вход в которую был из спальни. Слева в маленьких старых окошках виднелась крыша кухни, улица и вишневые деревья, спутанным клубком голых веток навалившиеся на забор. На тупиковой стене остались пятна от снятых картин или фотографий. Как и внизу, стены были без украшений, притаившийся в углу столик, на котором должна бы стоять ваза или статуэтка - пустовал. Закрытая, но не запертая, дверь гостевой спальни заметно болталась на петлях, неоднократно выбитая силой, а ее дверная ручка казалась самым новым предметом во всем окружении. Дверь второй спальни была не в пример целее и открыта наполовину: за ней разбросанная, смятая постель, наваленные на столе вокруг компьютера пустые блистеры, жестянки от колы и какие-то бумаги.

Майлс поднялся наверх позже, когда принес из гаража стопку из нескольких больших полотенец, блеклых от многочисленных стирок, но все еще мягких. Мебель в гостевой спальне стояла под чехлами - просто сшитые вместе простыни, но пыль не пропускали и хорошо. Вырезанные и заклеенные новыми обоями прямоугольники всегда смотрели прямо на Майлса, когда он заходил сюда: так что лишний раз он и не заходил.

- Морган? Почему ты не отвел его куда-нибудь в ветеринарный госпиталь, или Риверсайд Рескью, так он, что ли, называется? - Майлс аккуратно облокотился о порядком побитый дверной косяк (эту дверь тоже вышибали силой, как и дверь в ванную на первом этаже). Пес в ответ повесил хвост, словно заранее такой судьбы не хотел. - Если он потерялся, там должны быть сообщения о пропаже. Я могу им позвонить, все равно ведь ничем не помогаю.

Отредактировано Miles Fowler (2020-08-18 14:59:14)

+2

10

Майло пропал из его поля зрения. Только стая невидимых птиц притаилась в саду и горделивая клякса черной вороны делили с ним мнимое чувство уединения. Он услышал как коготки шустро застучали по старому паркету. Видимо четвероногий друг решил укрыться в обществе того, с кем чувство безопасности преобладает над страхом. Или же причина была иной - животные, особенно собаки, тонко чувствуют неуловимые вибрации людских эмоций, и прямо сейчас маленький хвостик вилял для того, кто сильнее всего нуждался в поддержке.

Ворона нервно притопнула и встрепенулась. На мгновение показалось, что она готова влететь в окно, только бы впиться крепким клювом в карий глаз мужчины. Но этого не произошло. Стая мелких птиц вырвалась на свободу, оставляя позади уснувший фруктовый сад, и взлетела высоко в небо, разделяясь налету на мелкую россыпь темных силуэтов. И вслед за ними вспорхнул крупный хищник, оставив на земле лишь черную тень и прощальное "кар!".

"Ложная тревога?"

Его внимание привлекли приближающиеся шаги за спиной и мужчина обернулся, встретив все тот же, немного погасший взгляд, но с мягкой, едва заметной улыбкой на лице.

Есть свободная ванная на втором этаже...

Майло говорил так, словно и не было вовсе этой необычной заминки. Он говорил о шампуне, мыле и ванной, но только не о том, что произошло всего пару минут назад. Почему он так торопился укрыться за стенами своего жилища, что напрочь забыл о постороннем? Это птицы его напугали? Обычная фобия или все же за этим скрыто нечто большее? Но Морган не спросит. Он не станет задавать вопросы, ответы на которые - пока что - не готов получить, а его собеседник - скорее всего - не пожелает на них отвечать.

- Подойдет любой, - глянув на мыло для фруктов, а затем на питомца с бело-рыжей шерсткой, Пустой мысленно окрестил пса Персиком. "А почему нет?"

Кухня казалась такой же пустой, как и при первом ее изучении, когда Морган находился снаружи и заглядывал внутрь с другой стороны посеревшего от времени окна. Все вокруг говорило о том, что вожделенных отбивных из филе слона не водилось у хозяина в холодильнике. Ровно так же, как овощей и фруктов. И хотя Пустой был крайне не прихотливым, его желудок грустно сжался от одной мысли, что еду еще придется добывать.
Взгляд вернулся к фигуре в свободной одежде. Его длинные, тонкие пальцы омывала вода. Под тонкой кожей легко угадывались розоватые прожилки, а под глазами засела усталость. Майло ему казался красивой, но сломанной куклой с человеческими глазами и разбитой душой, которую еще только предстояло собирать по частям. Или растоптать окончательно.

- Ванная маленькая. Сможешь сам?
- Постараюсь, но не могу ничего обещать, - он слабо улыбнулся и поглядел на Персика, который вился у ног Майло, пока тот смывал с ладоней грязь.
Он увидел боль. Она так четко отразилась на его лице, что никакая улыбка не сумела ее скрасить. Карие глаза смотрели на эти губы, а потом возвращались к пластырю на лице и раненной руке. Морган даже не мог сказать, какие эмоции сейчас переживает. Жалость? Сострадание? Или ледяное, почти обжигающее спокойствие?

"Почему он терпит это?"

Подозвав к себе пса, который - на удивление - легко отозвался, мужчина поднялся наверх и встретившись лицом к лицу с тупиком, начал искать ванную комнату. Отчасти, внешний вид пустых стен напомнил ему о собственном месте обитания. Никаких картин или фотографий, только одинокие светлые пятна в тех местах, где ранее могли висеть изображения счастливой семьи.

"Он тоже недавно переехал? Получил уютное гнездышко в наследство?"

Логичные доводы напрашивались сами собой и от тщательного изучения предметов быта мужчину отвлекало только тихое сопение маленького зверька, чей любопытный нос уже влез в приоткрытую дверь. Подняв непоседу на руки, чтобы не пришлось его вновь ловить, Морган заглядывает внутрь спальни только на мгновение. Ему было достаточно того, что он увидел.

- Нам точно не сюда, - мягко прошептав Персику-Майло, он провел пальцем по его пыльной макушке и отошел к закрытой двери, которая видала времена и получше.

Когда хозяин вернулся с полотенцами, он застал Пустого сидящего на краю небольшой ванной. Куртка и промокшая рубашка лежали в стороне. Черная футболка тоже промокла, но ее мужчина не тронул, оставив ту неприятно липнуть к телу. В одной руке он держал лейку для душа, которая была направлена в противоположную сторону и поливала чистой водой довольного пса. Грязь утекала в сток, а Персик пытался языком ловить прозрачные струи, иногда фыркая от попадания по носу.  Второй рукой Морган держал наполовину истлевшую сигарету. Терпкий дым улетучивался в небольшое приоткрытое окно, а на полу, заменяя пепельницу, лежала пустая коробка с печеньем.

- Я все уберу, - сказал он сразу, как только Майло вошел внутрь. - Давай, не отлынивай, - немного пододвинувшись в сторону, он уступил парню место. - Вон мыло, - короткий кивок под ноги сопровождается дружелюбной улыбкой. - Нам вполне хватит и по одной руке на двоих.

Рыжая шерстка намокала и Морган опустил поток воды, чем заставил пса забавно притопнуть на месте, а сам вновь поднес сигарету к губам, прикрывая глаза на мгновение. Даже Пустые чувствуют усталость.

Морган? Почему ты не отвел его куда-нибудь...
- Потому что я боюсь за него, - ответ прозвучал немного по-детски, но это было правдой. - Посмотри на него, - подняв темные ресницы, его глаза смотрят на дурашливую мордаху питомца. - Он без ошейника и прибился к первому попавшемуся. Один умял целую пачку печенья и допил мой кофе... - мужчина медленно перевел взгляд на парня. - Он верит мне. Ты бы смог оставить того, кто доверился тебе?

+2

11

Предложение присоединиться, Майлс встретил без энтузиазма, но оценив обстановку, отложил полотенца в сухую раковину, кое-как стянул футболку и отложил ее на бачок унитаза. Сразу стало холодно, от свежего весеннего воздуха он покрылся волной мурашек. Но стоять в мокрой одежде было бы еще хуже - сброшенную рубашку Моргана нельзя было не заметить. Вода лилась с таким ровным, успокаивающим шумом. Льющаяся вода, чистые полотенца, гладкие простыни, кружка кофе. Дом, который мог это подарить, уже был неплохим домом, даже если гости и жильцы оставались в его стенах призраками, восставшими из чужой памяти.

У Майлса была тонкая дорожка темных волос на груди и животе, торчащие острые кости и заметные вены на руках; на привычно опущенных плечах - несколько синяков от ударов крупным клювом, еще пара - на ребрах. Кожаный ремень на джинсах, вероятно, был его ровесником. Он нехотя протиснулся вперед, пристраиваясь рядом с Морганом и выливая себе в левую ладонь хорошую порцию мыла. Пес определенно не возражал, что его новые знакомые собираются самым возмутительным образом посягнуть на пыль дорог, которую он так старательно собирал. Наверняка ведь специально падал в какие-нибудь песчаные сухие лужи и катался там на спине, чтобы вытряхнуть блох или для чего собаки это делают? Для удовольствия?

- И ты скормил ему печенье и кофе? - Майло поднял на него недоумевающий взгляд и уточнил. - Собачье печенье? Или нет?

Да уж вряд ли! Про собачьи напитки он ничего раньше не слышал.

- Он тебе верит, а ты позволяешь ему пить кофе, - Майлс улыбался, не глядя больше на Моргана и стараясь не потерять баланс на краю ванны, намыливал спину пса. - И потом, ты все-таки ищешь его дом, тех, кто его потерял, или не собираешься этого делать? Потому что в приютах и госпитале больше способов... и они не дают собакам кофе.

Вообще-то Майлс и сам не мог похвастаться глубокими знаниями, что можно собакам, а что нет, но он интуитивно полагал, что прав. Хотя уличные собаки какой только ерундой не питались, и раз сейчас лохматый не бьется в конвульсиях ине лежит перед ними бездыханным, значит, не так уж Морган не прав. По-крайней мере, перед собачьим богом не грешил.

Его пальцы прочесывали жестковатую рыжую шерсть вдоль тощего хребта и на впалых боках: все тело собаки сотрясало от того, как радостно он бил хвостом. Поднимающиеся в воздух крошечные пузырьки пес пытался ловить пастью. Да уж, желай Морган зла, уже мог бы напасть и не раз. Ни к чему вся эта канитель с запахом мокрой псины и "экологического" мыла. Майлс еще сильнее сгорбился, расслабляясь.

- Нет, - добавил он, когда ответ уже звучал невпопад. - Я бы не оставил.

Прозвучало двусмысленно: не оставил в беде? Не оставил рядом? В действительности, так, и так, оба варианта верны, не противоречивы и вероятны.

Жилистый, причудливо раскрашенный мужчина рядом в какой-то момент показался Майлсу вымотанным. К тому времени Майло уже сполз с ванны на пол, чтобы доставать до собачьих лап: делать это, не опираясь больной рукой на соседний бортик было проблематично, а так Майло мог ощупью найти когти и грубые подушечки и хорошенько промыть их под льющейся водой. Снизу вверх он заглянул в лицо своего гостя и увидел странную печать, знакомую - и совершенно чуждую одновременно - усталость.

Он вдруг представил себя на чужом месте: вернувшимся в неродной, но притягательный город, который сейчас закипел от недоброго оживления, отдавшим свою еду какой-то дворняге.

Все, чем Майлс мог его помочь, это быстрее закончить с мытьем пса. Или не все? Тот переступал по дну ванны, смотрел то на одного друга, то на другого и покорно наклонял лобастую голову. Терпение, смирение, послушание - все, чтобы быть хорошим.

- У меня даже фена нет, увезли - пробормотал Майлс между делом. Сушить собаку нечем, остаются все те же полотенца. - А что насчет его имени? Если ошейника нет, ты можешь придумать сам?

После того, как Майлс вернулся обратно на край ванны и влажной ладонью многократно огладил собачью морду, слазил к тому в уши и почистил глаза, смыл сухие сопли из-под носа, распутал пальцами простые колтуны и намылил бедолагу всего - после этого он поднялся, но почти сразу же вернулся назад: рыжий так крутился, что вода могла попасть ему в уши.

- Откуда ты? - Спросил он Моргана, делая вид, что продолжает споласкивать пену. - Чем занимаешься?

Может быть, ответы немного расскажут о Моргане. Не в прямом смысле: Майлс улавливал его повадки привыкшего к разному человека, видел его кожу (и невольно искал те самые шрамы, о которых подумал прежде) и надеялся из разрозненных клочков составить звездную карту, соединить точки. Он часто только так и общался, не привыкший ни к прямым вопросам, ни к таким же ответам.

Впрочем, уход от ответа тоже является ответом.

Еще Майлс посчитал, что спрашивать про кофе нет смысла: просто нужно сделать и предложить гостю. До ночи еще далеко, а для кофе в самый раз. Майлс встал, в этот раз куда аккуратнее потряс руками: капли полетели на обшарпанный кафель и стены.

Но сначала нужно обтереть рыжего, вытащить из ванны (тут Майлс пасовал), и вернуться на кухню.

Он протиснулся назад, в спальню и оттуда отозвался, что пойдет на кухню и поищет всем поесть. Чем кормить собаку - тот еще вопрос, мелькнула даже мысль наведаться к соседям и попросить у них корм для рыжего. Но начал он с заваренного кофе - галимые гранулы - и с жаренных на сковороде тостов. Пес, по-крайней мере, перекусил печеньем.

Отредактировано Miles Fowler (2020-08-20 10:48:22)

+2

12

Ему казалось, будто щебет птиц все еще витает над домом, в котором он против своей воле оказался нежданным гостем. Крылатые создания наслаждались солнечным светом и приближающимся теплом, рассылая своим пением радостные вести в каждое открытое окно. Прислушиваясь к чириканью и выдыхая из легких горький дым, он тихо наблюдал за молодым человеком сквозь темные ресницы. Он видел, как тот стягивает с себя футболку обнажая тонкое тело и устраивается поближе к мокрому псу, чтобы как-то управиться с его мытьем одной рукой. "Оставил себе самое легкое... а как иначе?"

Майло казался уже не таким напряженным, как в те первые минуты, когда они встретились в саду. Его губы иногда пытались изображать улыбку, брови не хмурились, а взгляд, хоть все так же неуверенно, но с толикой любопытство рассматривал участки разрисованной кожи. А что скрывали эти цветные и черные линии - не такой уж большой секрет, только узнать его можно было при более детальном изучении. Более опасные - и оттого более интересные - вещи, скрывала непосредственно голова Пустого. "Если бы я хотел, - размышлял старый дьявол и сильнее смыкал ресницы, чтобы вид острых костей и измученной синяками кожи, хоть на мгновение пропал, - ты бы сделал все сам... но... ты ведь этого не знаешь. И поэтому тебе может быть страшно."

И ты скормил ему печенье и кофе?
- Угу, - скорее промычал, нежели действительно внятно ответил мужчина и улыбнулся открывая глаза. - Ему понравилось, а кто я такой, чтобы мешать его удовольствию? - Весело ухмыльнувшись, он глянул на счастливую псину. - Я бы предпочел умереть счастливым.
Он тебе верит, а ты позволяешь ему пить кофе, - с улыбкой в голосе продолжил Майло.
- Из меня бы вышел ужасный отец. - Карие глаза следят за тонкими пальцами в клочках пушистой пены. Они скоблят рыжую шерсть, образуя еще больше переливающихся в свете пузырьков. - Было бы здорово найти его семью, но... - мужчина слегка закусил нижнюю губу, пытаясь привести собственные мысли в порядок. - Что если они сами его оставили? Вывезли за город, оставили посреди леса.

Ему не хотелось развивать эту тему дальше, поэтому Пустой замолчал. На Дьяволов можно повесть разное и обвинить в чем угодно. Рассказать ужасные истории о том, как они едят детей - безусловно это правда - и мучают невинных ради собственных сил и удовольствия. Но у таких историй всегда рассматривается лишь одна сторона. Не справедливо. Во-первых, не все Сияющие невинные жертвы. Во-вторых, не все Пустые слепые убийцы. В-третьих, все это лишь игры в пищевую цепочку. И во всей этой большой игре, всегда находится место состраданию. "Мы все живые".

Я бы не оставил.
- Как и я.

Неоднозначно. Двусмысленно. Честно. Это создавало между ними невидимую, тонкую связь. Хоть двух незнакомцев объединяла лишь мокрая псина, но в чем-то они были похожи. Морган чувствовал это. По другую сторону больших и грустных глаз Майло, скрывалось нечто такое, о чем не подозревал сам парень. Что-то, что было темнее ночи посреди полярной зимы. Что-то опасное и оттого красивое.

А что насчет его имени?
- У него уже есть имя, - он дружелюбно усмехнулся и направил мягкий поток воды в сторону пса, осторожно смывая с того избытки мыла. - Надеюсь ты не будешь сильно против своего тезки.

Затушив остатки сигареты, мужчина принялся помогать с дальнейшим мытьем пса: прикрывал его уши, гладил немного сутулую спину, чесал мокрую грудку и старался не попадать прямой струей воды в его мордаху. Все это он проделывал достаточно ловко, избегая любого прикосновения с хозяином дома. Правила пребывания в городе проклятых еще никто не отменял. Тем временем парень начинает задавать вопросы, которые Морган приписал бы к категории "немного личные". "Что это? Просто слова, чтобы заполнить тишину или настоящее любопытство?"

- Тебе интересно мое место рождения или где я останавливался в последний раз? - всматриваясь в чужое лицо он задумчиво хмурится. - Не знаю, дома у меня сейчас нет, здесь остаться я не могу, - он помолчал с секунду после последних слов и смыл остатки мыла со своих пальцев, которые тут же лизнул горячий язык пса. - Самолет приземлился в Дерри, может там и задержусь. - Ответ на второй вопрос не пришлось обдумывать. Пустой всегда отвечал на него одинаково. - Я - путешественник. Тем и занимаюсь.

Закончив с мытьем собаки, Майло решает спуститься вниз. Там его ждет печаль холодильника, гранулированный кофе и сковорода с тостами, правда о последнем мужчина еще не знал, хотя и догадывался, что сытым сегодня никто не останется, если лично он не вмешается в процесс по добыче еды. Денег у него еще хватало, а мысль о том, что они - Морган и Майло - могут стать друг другу полезны еще раз, никак его не отпускала.

- Давай... - он взял сухие полотенца и попытался обтереть рыжика, но тот игриво стряхнул с себя излишки влаги, отчего ванная комната покрылась еще одним слоем брызг. - Иди сюда...

Рыжий Персик никак не хотел стоять на месте. Он то и дело пытался лизнуть Пустого в нос и подпрыгнуть повыше чтобы прижаться к его без того мокрой футболке. Невозможно до конца высушить шерстку без фена, но сделав все возможное, он выпускает собаку на свободу и та со всех ног бросилась в комнату, а затем и вниз по лестнице. Морган остался на время один. После небольшой паузы он, как и обещал, подобрал все с пола, собрал полотенца и прихватил собственные вещи. Только окно не стал закрывать. Ему нравился свежий воздух.

Липнущая влага на коже раздражала, глаза наливались тяжестью, а снизу доносились какие-то звуки... домашние, обыденные. Двери в гостевой спальне держались почти на честном слове, как и в самой ванной. "Что тут произошло? Что с ним произошло? Мне нужно спросить?"

Усталость брала свое. Пустой с трудом припоминал время, когда он в последний раз нормально спал. За эти пару недель, что он провел в новом тысячелетии, ему так и не удалось отдохнуть. Наконец-то оголив торс, он сел на край кровати и решил, что просто подождет сигнала снизу, - он даже не задумался о том. что никакого сигнала может и не быть - завалился на спину, накинул на лицо ту часть рубашки, что была сухой и... открыл глаза только тогда, когда под его боком, хрумкая тостом улегся рыжий Персик. В доме пахло кофе, поджаренным хлебом и влажной шерстью. Хотелось закрыть глаза и снова уснуть. Ему стало немного спокойнее.

+2

13

- Тогда они не найдутся, - это был очевидный ответ: те, кто оставили - или, может быть, выгнали - собаку, не объявятся сами, не станут звонить по объявлениям о находке и  не станут оставлять объявления о пропаже.

Всего через несколько дней, сидя с Полли на кухне, он будет думать, что может быть, завести собаку не такая плохая идея - и откажется от нее, как только представит получше. Это было плохо осознаваемое им чувство, что он и так несет какую-то огромную, тяжелую (ношу?) ответственность, и собака... Майлс знал все эти штуки: терапия щенками, лучший друг, верный товарищ, посильные обязанности, которые будут дисциплинировать. Конечно, животное могло сделать лучше ему, но он сам - вряд ли бы сделал собачью жизнь лучше, чем она была бы у кого-то другого. И поэтому легко отказывался от всех своих возможных выгод. Его самого - не хватило бы на зависимое существо, живущее с ним под одной крышей.

Когда Морган ответил про имя, Майлс вскинул голову и недоуменно посмотрел на него, переспросив:

- Тезка? Майлс? - и снова спрятав взгляд, с усмешкой подумал про себя, когда, интересно, Морган это придумал. Было бы забавно, если бы в тот момент, когда он представился. "А я - Морган, и спасибо за имя для моей собаки". Да и если немногим раньше... Тоже забавно. Он почесал подбородок, тут же стирая с щеки пену: теперь хватающий пастью воду пес выглядел как будто иначе. Более настоящим, хотя Майлс не смог бы объяснить, почему. Большинство вещей вокруг него всегда пребывало в состоянии декорации, скрывалось за какой-то дымкой не-существования, и иногда у него получалось, как будто бы, открыть глаза или увидеть вещи, какими они должны быть, без этого морока. Пес лизнул ему руку и зачавкал от вкуса мыла. Майлс буркнул: "Дурак" - и продолжил тереть его рыжее теплое ухо. Кофе, печенье, мыло. Что дальше?

- Не знаю, - ответил Майлс, внимательно выслушав ответ, куда более подробный, чем он мог надеяться. - Смотря что для тебя важнее. Место рождения может не значить совсем ничего, ну и... последнее посещенное место тоже.

Он стушевался и замолчал, хотя вопросов стало только больше. Дерри был совсем близко, значит, Морган заскочил, условно, посмотреть природу. Но почему не мог остаться? Майло не представлял - ни на йоту - как и чем живут путешественники, может быть, Морган имел в виду свой график, а может у него неприятности. Но он поднял глаза на гостя в очередной раз и снова увидел усталость, опустившуюся тому на плечи. Дергать утомившегося человека решительно не хотелось, поэтому Майлс свернул разговор и свалил на кухню, оставив того разбираться с мокрым псом. Свою выцветшую футболку предусмотрительно захватил с собой, чтобы внизу, покряхтев от боли и неудобства, натянуть ее на себя.

Какое-то время сверху доносился приглушенный голос гостя - слов не разобрать, только мерное звучание речи - и топанье собачьих лап, а затем все стихло. Майлс, который жевал всухомятку хрустящий тост, сперва тревожно прислушивался, но потом подумал, что поднимется немного позже. Он не слышал ни звуков удара, ни просьбы о помощи. Пес, сбежавший вниз, тоже не казался встревоженным. Он счастливо махал хвостом так, что половина его тела двигалась с хвостом вместе, провожал взглядом любое движение Майлса, а в итоге и вовсе завалился на пол, под стол, где было больше всего пыли и крошек - влажной шерстью, всем боком, прямо в грязь - отчего Майлс только тяжело вздохнул, не нашел, что сказать по такому поводу - и на какое-то время в доме воцарилась тишина.

Майло не считал времени, но кофе успел остыть, когда он отставил почти полную кружку и поднялся. Морган, накинув рубашку на лицо, спал. Майлс какое-то время стоял на пороге, разглядывая темную фигуру на светлых, однотонных чехлах, думал, не разбудить ли. Но зачем? Если Морган спешил, то ничего ему не мешало предупредить. Теперь пусть спит, кофе выплеснуть и сделать новый - дело трех минут. Дом отвечал тишиной.

Майлс прикрыл дверь в свою комнату, закрыл окно в гостевой уборной, небольшим напором смыл шерсть, налипшую на края ванны, в водосток. Морган действительно, как обещал, вынес за собой коробку-пепельницу и Майлс, который так же беззвучно. как и шел наверх, спустился вниз, взял ее с собой на улицу, чтобы покурить. Закрывая глаза, он видел сад зеленым; представлял, как будут качаться зеленые кроны совсем скоро, как будет жарко и близко пахнуть скошенной травой, влажным мхом, сухой соломой. Как дом будет трещать от летнего зноя - зимой трещал тоже, но звуки были совсем разными.

За дверью скреб лапой рыжий: пришлось выпускать его во двор.

Вдвоем они вернулись на кухню и снова потянулось ожидание. Конечно, Майлс не мог работать (не хотел) и не шумел, чтобы не мешать. Мысли текли лениво с одного странного события к другому. И последним из них был тот факт, что в спальне его матери сейчас спал, устав, какой-то бродяга. Путешественник. "Муми-тролль всегда ждал весну, потому что весной Снусмумрик возвращался из путешествия..." Точные цитаты - не его конек.

Половину третьего тоста Майло-рыжий забрал себе: выждав момент, когда Майлс будет подниматься и смотреть в коридор, он вскочил, поднялся на задние лапы и всем весом навалился на руку парня. Тот, долго и беззвучно взвыв, покачнулся и сел назад, за стол. 1:0 Хлеб выпал и пес, не думая, подхватил добычу и грохоча когтями по паркету, умчался наверх, по лестнице. Майлс снова встал и тронулся за ним следом, прижимая руку к себе. Хлеб на сливочном масле - это вкусно, но собакам нельзя жареное! Он подозревал, что к тому моменту, когда они с рыжим встретятся, хлеб уже будет в очень надежном месте, но попытка не пытка.

Майло-рыжий зарулил в открытую дверь спальни и сиганул на постель вместе с хлебом. Майлсу оставалось только встать в дверях спальни и вздохнуть. Воспитание у этой собаки хромало. Майлс сам не брал еду в постель, а рыжий не испытал ни капли сомнения.

- Просыпаешься? - Спросил он Моргана, заметив движение. Тост действительно исчез очень быстро. - Что-нибудь хочешь? Воды попить или, там, полотенце. Умыться.

+2

14

Пес быстро дышал. Мужчина чувствовал это своей кожей, к которой плотно прижимался горячий и немного влажный комочек шерсти. Было осознание, что проспал он не так много, как мог бы, но все же рыжик успел за это время немного обсохнуть и принести в постель свой честно добытый обед. Перед глазами растянулся бордово-черный узор мягкой ткани. Сквозь нее просвечивался солнечный свет и один темный квадрат придавил ресницы на правом глазу, но делать с этим что-то было лень. Хруст дал понять, что тост принесен был отнюдь не для Пустого, а голос Майло немного расшевелил сонливое сознание.

Просыпаешься?
- Угу, - протянул Морган и положил ладонь псу на спину, чтобы почесать его хребет. Почувствовав, как язык прошелся по пальцам, он улыбнулся и медленно сел, позволяя рубашке сползти вниз и немного растрепать непослушные волосы.

Уже немного знакомый незнакомец проявил что-то похожее на заботу. Другой на его месте давно выгнал мужчину или вежливо попросил удалиться. Но времени на удивление не было. Весь жизненный опыт Пустого говорил о том, что вокруг полно странных людей, и лучше всего будет принять его дружелюбие за данность.

- Я все еще хочу зажарить слона, но, - он переводит взгляд на пса. Смотрит, как тот облизывает со своей мохнатой мордочки жаренные крошки и довольно жмурится. - Наверняка все самое вкусное уже съедено. - Будто подтверждая озвученное положение, рыжик сладко облизывается, задевая языком кончик своего носа и устраивается удобнее под боком, прячась от легкого сквозняка, что проникает в спальню из открытой ванной комнаты.

Свою мокрую футболку он даже не трогает. Бесполезно, прошло слишком мало времени и высохнуть она точно не успела. Позволяя рыжему комочку счастья уткнуться в свое бедро, Пустой осторожно вытаскивает из-под него часть рубашки и надевает ее не застегивая. Морган редко задумывается над тем, что покрытый таким количеством татуировок, он почти всегда выглядит одетым, по крайней мере на первый взгляд.
В желудке откровенно  заурчало от теплого запаха хлеба. Хотелось есть, выпить кофе, принять горячий душ и крепко уснуть, не видя снов.

- Спасибо, что помогаешь мне с ним, - как-то внезапно для самого себя говорит он, продолжая гладить пальцами шерстку, которая успела нацеплять на себя домашней пыли. -Это не твоя забота и ты делаешь это по своей воле, - губы ласково улыбнулись, когда карие глаза посмотрели на заостренную мордочку пса. Мужчина только сейчас начал осознавать в полной мере, что не принуждал Майло помогать ему. Он сделал это сам. "Почему? Какая причина? Не боится же он меня... если бы боялся, то не пустил бы в дом... верно?"

Дом молчал. Время медленно убивало его. Почти неслышно и незаметно для глаза простого человека. Пыль оседала на подоконниках и за старой мебелью. Ее давно никто не убирал и сейчас она играла на свету, разбуженная недавними играми маленького и неугомонного пса.

- Ты мне помогаешь, хоть и не должен, - карие глаза смешливо жмурятся глядя теперь уже на молодого мужчину, хозяина этого гнездышка. - Хочу знать, Майло, - стоило назвать это имя, как пес дернул своим ухом, но даже не подумал проснуться, очевидно у него тоже был не самый легкий день, а то и вся жизнь. Карие глаза пытаются вновь встретиться с чужим взглядом. Сила жадно искала слабые, уязвимые места, пробиралась в голову ведомая теплым, мягким голосом. - Ты живешь здесь один? Кто-то может прийти в ближайшее время?

Это был тот случай, когда Пустой в самом деле не собирался вытворить ничего дурного. Он уже облюбовал теплую кровать, приметил странного - но кто сегодня без странностей - обывателя, и уже за него решил, что останется здесь сегодня до утра. А добровольное это будет решение или придется приложить немного усилий - дело второе.

- У меня есть предложение, - выпуская чужой разум из собственных пут, Пустой поднимается с кровати, чем немного потревожил Персика, и пытается застегнуть пару пуговиц в середине рубашки, но выходит не очень, он больше ковыряется, нежели действительно пытается застегнуть мелкие пуговицы. - Давай закажем еды, выберем что-то ужасно вредное и сытное, потому что слона я проспал, - на лице еще оставалась печать усталости, но теперь у мужчины были силы, чтобы перемещаться по дому. Он даже не думал о том, чтобы пригласить Майло куда-то. Очевидно, что они оба предпочтут сегодня остаться в тени от общества. Иногда лучше никуда не выходить. - Если ты за - закажи все, что только захочешь, я угощу тебя за помощь моему другу, какую кухню ты любишь, кстати? - Общаясь на отвлеченные темы, он с приятной улыбкой прошел мимо и направился в сторону кухни. - Кофе меня еще ждет, кстати?

"Холодный, наверное... но мне сейчас сойдет любой".

Спуск вниз. Он идет по лестнице, что иногда поскрипывала под давлением его ног. Каждый раз, когда его глаза не смотрели в сторону Майло, его взгляд менялся. Ему не хотелось выдавать даже часть тех чувств и эмоций, что бурлили на поверхности пустой души, но сегодня котел был переполнен и не заметить даже капли - почти невозможно.

Чашку с кофе он нашел недалеко от раковины, вероятно его планировали выплеснуть, чтобы не простаивал, но, что за кощунство! Выливать кофе? В нем ведь все еще был драгоценный кофеин! Губы лизнул остывший напиток и Пустой, уставившись в окно, искренне улыбнулся сам себе. Это был самый холодный кофе в его жизни. И было во всем этом что-то, что наполняло стены молчаливого дома.

+2

15

- Твоя часть слона на месте, - Майлс кивнул на дверь. - Холодная, но есть микроволновка. И есть джем. Я только что про него вспомнил.

Сам он зажевал хлеб без всего, в том числе - бездумно. Он должен был, наверное, сходить в магазин или к соседям, пока Морган спал, взять собачьего корма и придумать нормальной еды. Но у Майлса на такие широкие жесты не было воли, хотя он всегда думал о них - "Было бы здорово, если бы..." Он все еще слишком быстро уставал, слишком мало делал и с трудом принимал какие-то решения, особенно если для них нужно выйти из дома и поговорить с кем-то. Подняться рано утром в больницу, встретиться с Дженни, перенести визит к хирургу - это истощало и без того задерганного последними событиями парня.

Пока Морган одевался, Майлс разглядывал его, пользуясь тем, что мужчина опустил голову и не видит этого. И все-таки не удержался от вопроса:

- Твои татуировки. Это часть путешествий? - В действительности, это было еще одно очко в пользу того, что Морган не убийца, который забрался в его дом со злым умыслом. Конечно, говорят, что легче всего спрятаться на виду, но долго такие трюки не работают.  С такой несмываемой раскраской, реально ли уйти далеко после совершенного преступления? Так что он окончательно закрыл эту тему для себя, обозначив Моргана, как ожившую легенду. Человек-паломник, человек-искатель. Настоящий воплощенный архетип. И как всегда, как была устроена его голова, Майло не думал о том, что сделать столько тату - это дорого, долго или больно, единственное, что застряло у него в мыслях - это тот факт, что когда рисунков так много, краска накапливается в лимфоузлах и они чернеют. Он думал об этом все время, пока Морган заканчивал одеваться и благодарил его за помощь с собакой.

- У меня не было причины отказывать, - подумав, ответил Майлс, поудобнее привалившись к дверному косяку плечом здоровой руки. - А придумать, соврать - на обезболивающем у меня не получится. Оно как-то притупляет все сразу.

Морган говорил с ним мягко и как-то вкрадчиво, Майлсу впервые пришло на ум, на что это ощущение похоже. Как будто хлебнул хорошего рома. Он улыбнулся от дурацкой ассоциации: "Капитан Морган".

- Один, - в вопросе нет подвоха, верно? Он ведь уже решил, что они знакомы, и что Морган ничего не задумал? - Нет, я... Никто не придет.

Майлс морщится: ответы звучал странно. Как-то... какие-то неуютные ответы. Он проморгался, заставляя себя вслушиваться в слова Моргана. Странное ощущение, как будто тепло, которое он почувствовал от чужого голоса, разом куда-то пропало. Но гость не давал ему об этом задуматься, и Майлс списал это на обезболивающее. От него и правда был прилив жара в груди, но только минут через десять после приема и это быстро проходило. С чего бы сейчас... К черту.

- Основную часть слона проспал, - эхом отозвался Майлс. Он пропустил Моргана, задумчиво уставившись ему в затылок, и последовал за ним на кухню, переваривая то, что тот ему сказал. - Какую что? Кухню?...

Вот это задача. В каком-то едва ли не вагончике в городе были дешевые и плотно набитые коробочки воков - это Майлс обычно и заказывал. Но он подозревал, что Моргану вкус важнее, чем ему, и толстая лапша с небольшим количеством соуса его не порадует. На кухне он только покачал головой, глядя, как гость бодро берется за холодный кофе, и сразу направился к электрическому чайнику. Монстр из середины нулевых все еще исправно работал; Майло думал, что японцы перестали так надежно делать технику, вместе со всем остальным миром.

Пока чайник закипал, он пристроился на углу стола, достал разбитый мобильник и в задумчивости завис над открытым поисковиком. Пиццы, лапша, жареные сосиски, картошка с рыбой - все выглядело как одно и то же. Еда и все. Что выбрать, когда тебе все одинаково и ни на что нет аллергии? А если она есть у Моргана? 

- Давай закажем, что ты хочешь, - он посмотрел на гостя, поднялся по щелчку чайника и протянул руку за его кружкой, чтобы заварить свежий и горячий (хотя и такой же растворимый) кофе. Свой выплеснул в раковину и налил в кружку простой воды. Солнце за мутным стеклом двери постепенно теплело, катясь к закату. - Я всегда беру одно и тоже. Интересно, что бы ты себе выбрал.

Тем временем рыжий Майло заскучал лежать наверху и с характерным постукиванием когтей, спустился вниз. Он безошибочно определил, с какого конца стола лежали оставшиеся тосты и улегся прямо под ними, гипнотизируя Моргана - такими же карими глазами, какие были у бородача. Майлс невольно хмыкнул, до того рыжий Майло казался идеальным компаньоном для Моргана. "Он сказал, что не может здесь остаться". А собака? Точно заберет с собой или бросит тут? Майлс помнил, что пса надо сфотографировать и запостить куда-то в сообщество, где ищут потерявшихся животных, но намеренно решил больше ничего не делать, пока его не попросят прямо. Пес однозначно демонстрировал, кто тут его человек. Остальное уже за Морганом.

Отредактировано Miles Fowler (2020-08-28 22:10:26)

+2


Вы здесь » REDЯUM » full dark, no stars » [10.03.20] the color of hop


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2020 «QuadroSystems» LLC