особенности, локации, гостевая, хочу к вам
таймлайн, чаво, внешности, нужные
администрация
kaidan cain
необходимые персонажи:
персонаж, персонаж, персонаж, персонаж, персонаж

Больше всего меня поразил рассказ о смерти Уайльда. Он ненадолго пришел в себя после трех часов забытья и вдруг сказал: «Что-то исчезает: или я, или обои». И он исчез. А обои остались.
24.08//
... На ролевой сменился дизайн. Запущены два квеста в Хэйвене. В скором времени анонсируем и движ для Дерри. Если у вас есть идеи/предложения - мои ЛС всегда открыты. А тем временем редраму уже 8 месяцев. Всех поздравляю и спасибо, что вы с нами! <3

REDЯUM

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » REDЯUM » full dark, no stars » [12.03.20] who's gonna fight for what's right?


[12.03.20] who's gonna fight for what's right?

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

who's gonna fight for what's right?

штат Мэн — 12.03.2020

http://forumfiles.ru/uploads/001a/a3/fe/236/626473.gif http://forumfiles.ru/uploads/001a/a3/fe/236/575002.gif

Edward Creed & Jacob Spellman


Хочешь жить вечно - придется избавиться от жалости, Эдвард. Если бы это было так просто...

+4

2

Проблемы надо решать по мере их поступления. Но их всегда было слишком много. И все они требовали от него чего-то... что он не мог сделать. Силы менять мир по мановению волшебной палочки, как в Гарри Поттере, у него не было. Разве что - то, самое, что мать называла "светом". А отец - помешательством.
Он гуглил, когда был совсем ребенком, пряча под тонким одеялом свет от экрана старенького смартфона, чтобы отец не заметил, что он не спит.
Сияющий.
В какой-то момент это было даже приятно - знать, что ты особенный. Что ты можешь делать больше, чем обычные люди.
Но все эти детские попытки в гордость растворяются, рассыпаются прахом.
Эдвард смотрит на мужчину, улыбающегося ему типичной американской улыбкой, словно зазывающий его на съемки дешевого рекламного ролика какой-нибудь ноунейм сладкой газированной водички. Но нет, он предлагал ему что-то гораздо более важное, чем пара сотен баксов, которые он потом потратит на бухло и сигареты. Может, на обновленнее фальшивых прав, чтобы его пускали на тусовки "постарше".
Он предлагал ему жизнь. И цена за эту жизнь была такая... глупая. Нелогичная. Бредовая, если быть совсем честным.
Найти ребенка, который будет сиять, и привести к ним.
Они даже снабдили его шприцом со снотворным. Даром убеждения он никогда не обладал, но отвлечь внимание, а потом всадить шприц в ребенка - что в этом сложного?
Действительно, что в этом сложного?
Ему повезло. А мальчишке не очень. В Дерри не так много школ. И Эдди слонялся по улицам города, проигрывая в голове детскую считалочку, от души уверенный, что ничего не выйдет. Но он увидел - его.
Чужой свет разносил вечернюю темноту, казалось, даже в реальном мире, а не только в том, который видел Крид. Подростку требуется несколько секунд, чтобы собраться с мыслями.
От мальчишки бьет светом, как от солнца.
Старый отцовский драндулет, который он взял без спроса, гремит древним двигателем, пока Эдди едет по нужному адресу, вцепившись пальцами в ободранный руль.
Что я натворил?
Мысль бьется испуганной птицей, мешает сосредоточиться, когда он на руках вносит медленно просыпающегося мальчика в дом на окраине города.
Ему не нравится атмосфера. Сердце бьется где-то в горле, а интуиция вопит о том, что отсюда надо бежать.
Уносить ноги.
- Хороший мальчик, - мужчина похлопал его по плечу, обходя его и приближаясь к мелкому, сидящему на диване и рассеянно хлопающему ресницами. Снотворное приглушило сияние. И Эдвард слишком хорошо видит, что он... совсем мелкий. Сколько ему? Лет тринадцать?
- Живи долго. Ешь досыта, - как ритуальную мантру проговорили они, пока он сделал несколько шагов назад, попадая в маленькую и заброшенную кухню. Эти двое не собирались оставаться здесь надолго, а заброшенный дом на отшибе - чем не удобное место, чтобы...
Что они будут с ним делать?
Паническая мысль удавкой сжимается на шее. И именно в этот момент он слышит первый истошный крик. Мальчишеский звонкий голос разрезает тишину, давит на сознание, взрывает барабанные перепонки.
Он ведь догадывался, что ничего хорошего они не сделают. Но они обещали ему жизнь! Он так боится умирать...
Еще один крик. Эдвард даже не думает. Решение принимается в какие-то считанные доли секунды, когда он хватает первый попавшийся предмет (кажется, проржавевшая сковородка) и делает шаг внутрь комнаты. Он не умеет внушать людям мысли. Его сияние заточено на другое. Но он может искажать, видоизменять чужие эмоции. Эти... твари. Они не люди. И все, что они чувствуют, так это голод. Концентрация дается с трудом, но ему удается, видимо, на одном лишь адреналине. Голод усиливается, становится маниакальным, срывающим с катушек. И вряд ли это продлится долго. Удар сковородой по черепу заставляет мужчину со стоном сползти по дивану на пол, женщина, не ожидавшая такой подляны, отвлекается от ужина, но Эдди уже не смотрит на это.
Он дергает мальчишку за руку, почти волоком вытаскивая его из дома и запихивая на переднее сидение автомобиля.
Каким богам он только не молится, чтобы машина завелась с первого раза.
Наверное, ему все-таки везет.

+6

3

Он никогда до конца не понимал своих сил, не знал, откуда они взялись и почему выбрали именно его. И он понятия не имел, что кто-то может охотиться на него из-за этого.
Ему было забавно думать, что это магия, а времена сожжения ведьм на костре давно прошли – так что чего ему бояться? Он даже толком не использовал свои способности, так только, по мелочи: прибавить себе полбалла на экзамене, получить за красивую улыбку бесплатную печеньку к своему молочному коктейлю в кафе. Ни одна живая душа не должна была догадаться, даже если он применял свое сверхъестественное обаяние прямо на нее – он никогда не давил, не заставлял идти против воли самого человека. Это же было бы так неправильно. Нельзя так делать.
Себе он говорил, что лишь немного меняет правила под себя, однако ни в коем случае не нарушает – чтобы не привлечь ненужного внимания. Но как оказалось, ему достаточно было просто существовать, чтобы быть замеченным.
Он не использовал свою магию в этот момент, просто покупал мороженое. Клубничное, с шоколадной посыпкой – в конце концов, тренировка по футболу прошла отлично, он заслужил немного сахара, когда его окликнули. Незнакомый парень не знал его имени, а сам Джейкоб видел его впервые, однако выглядел тот по возрасту как старшеклассник. Конечно, отец сотни раз предупреждал его не разговаривать с незнакомцами, но что такого ужасного парень мог сделать с ним? Он же старше всего-то лет на пять.
Формально – указание отца он выполнил. Не успел и слова вымолвить, как что-то больно ужалило его в шею – совсем не похоже на комариный укус, как обычно говорят врачи с улыбкой потрясая перед чужим носом огромным шприцем. Скорее на разъяренного шершня, ядовитого, потому что он тут же ощутил какую-то слабость в ногах, перед глазами потемнело. У него было всего несколько мгновений – и все из них он потратил на то, чтобы испугаться до чертиков.
Выброс адреналин на пару секунд продлил борьбу организма с наркотиком, но сражение уже было проиграно. Он пытался держать глаза открытыми, не позволяя им так откровенно слипаться, пытался даже обратиться к своей магии, приказывая незнакомцу отойти от него, однако не успел увидеть хотя бы, получилось ли у него это внушение или нет – тьма накрыла с головой.
Просыпался он медленно. Наверно, так ощущается похмелье: гудящая голова и невероятная сонливость. Веки словно свинцом налились, и он не мог толком открыть глаза, чтобы осмотреться. Здесь было темно и пусто, рядом незнакомые люди, а парень, которого он видел перед тем, как отключиться, смотрит на него… с ужасом? Мысли были ленивыми, едва шевелились внутри его головы, и он не понимал, зачем он здесь. А это что в руке у этой женщины… нож?
Внутри все похолодело, когда она шагнула к нему, и он попытался отпрянуть, вжимаясь еще глубже в потертую спинку пыльного дивана, но у него было недостаточно сил, чтобы подняться на ноги и попытаться сбежать. Любое движение давалось с трудом, будто он был под глубоким слоем воды. Остатки наркотика вкупе со страхом парализовали его.
- Нет… – слабо возразил он, стараясь снова призвать к себе свою магию. Это всегда было так легко, ему даже не нужно было прикладывать каких-то усилий, чтобы спутать кому-нибудь мысли и склонить на свою сторону, а теперь он даже не понимал, как именно это делал, не находил в себе чего-то нужного. Оставалось только умолять, - Пожалуйста… Не надо…
Женщина сделала еще шаг к нему, мужчина последовал за ней, и вдвоем они закрыли от него даже тусклый свет, что лился из заколоченного окна, а еще сильнее вжаться в диван он уже не был способен, спиной чувствуя мебельную раму.
- Отпустите меня, – от страха он почти заплакал, не замечая слез, - Не надо, пожалуйста! Мой отец полицейский!
Обычно это помогало, но ему уже стоило понять, что это не совсем обычные людьми. Нож полоснул его по руке, оставляя глубокий порез, кожа, сосуды и мышцы легко рассеклись наточенным лезвием, и он закричал от остро вспыхнувшей боли. Мальчишка дернулся инстинктивно в другую сторону, нарываясь на второй порез, а потом еще и еще. Боль длилась целую вечность, он сорвал голос еще на первых криках, и он скорее хрипел, пока кровь заливала пыльную обивку.
А потом вдруг все резко исчезло, он снова увидел свет. Боль все еще была просто безумной, но сильнее не становилась, и он скатился с дивана, неловко падая на колени. Он застонал, через силу отползая подальше, отчаянно желая жить, как его буквально дернули за руку, заставляя подняться. Зашипев, когда чужие пальцы прошли по свежей ране, он едва-едва переставлял ноги, заваливаясь на бок, уже почти ничего не соображая от боли и кровопотери.
- Хватит, – едва слышно попросил он, не сразу понимая, что его пытаются вывести из дома.
Он все же не умрет здесь? Только эта единственная мысль и билась в его голове, пока он не отключился на заднем сидении машины.

+5

4

Страх сковывал горло и конечности. Но времени на это не было. Не было ни единой лишней секунды, чтобы перевести дух. Он позволил себе лишь раз оглянуться, чтобы столкнуться разъяренным взглядом с женщиной. Кажется, ее звали Катариной. Или как-то так. Древнее, странное имя, резанувшее по ушам, когда он впервые его услышал.
Он им поверил. Почти сразу. Трудно было не поверить, когда они с такой ленцой в голосе рассказывали о том, как подписывалась декларация независимости.
Как строилась гора Рашмор.
С первых мгновений он знал, что они ему не лгут. Что они - куда более страшная часть этого мира. Да и трудно не поверить, когда ты знаешь с детства, что призраки существуют. Что ночные кошмары могут оживать, что из любого водостока тебе в глаза могут смотреть твои страхи, готовые разорвать тебя на куски.
Пустые. Живи долго, ешь досыта.
Он так хотел жить долго, но... Эдди оглянулся на заднее сидение, вдавливая до упора педаль газа. Мальчишка потерял сознание. И он его за это не винил ни разу.
Сколько раз учителя говорили ему, что из него ничего путного не выйдет. Сколько раз отец называл его выблядком. Имбецилом. Ошибкой природой.
Неблагодарной тварью.
Он никогда не делал ничего правильного. Хорошего. Доброго.
Его не сторонились только на вечеринках местной опустившейся молодежи. И пусть в его шестнадцать он должен был сидеть дома, он предпочитал ночи проводить где-то за пределами, а днем отсыпаться в школе.
Но... видимо, он не был настолько потраченным, чтобы позволить этим монстрам пообедать ни в чем не повинным подростком.
Черта города промелькнула перед глазами страхом, что они уедут куда-то не туда. Но сейчас в голове у Эдварда была только одна здравая мысль - эти твари будут за ними гнаться.
Нужно уносить ноги.
Бензин почти закончился, когда он доехал до заправки самообслуживания, почти лихорадочно запихивая доллары в нужный разъем.
Через километров двадцать показался мотель. Мелкий, с мигающими от старости лампочками в неоновой вывеске. Дряхлый менеджер даже не интересовался его документами, только протянул ключ от номера и указал место на парковке, когда он отдал ему искомые деньги за него.
Сердце колотилось где-то в горле, когда он внес мелкого в номер и в буквальном смысле растолкал его, заставляя открыть мутные глаза.
- Эй-эй! Ты живой? - собственный голос казался наждачно-хриплым, испуганным до истерики, которую пока удавалось держать в узде, - послушай, мне... мне так жаль, что я притащил тебя к ним, - Эдди осекся на полуслове, понимая, что сейчас не время разбираться с его чувством вины, - тебе нужно зашить порезы. Я... у меня есть нитки, я могу тебе помочь. Но...
Он шумно выдохнул, резко поднимаясь на ноги и открывая мини-бар. Дешевая бутылка виски пришлась как нельзя кстати. Он мог выпить ее сам, чтобы успокоиться. Но вместо этого он протянул ему незнакомому мальчишке.
- Как тебя зовут? Пей... до конца, - парень выдохнул, дождавшись, когда он выполнит его просьбу, - я Эдвард. И... будет больно. Но так надо.
Эдди закусил нижнюю губу, сжимая тонкое, почти детское запястье, осторожно орудуя иглой, зашивая самый глубокий порез. Благо, настолько сильно его порезали только один раз.
Но приятного мало.
Здесь вообще ничего приятного нет.
- Это... пустые. Они... питаются такими, как ты. Как я...

+4

5

Черная бездна беспамятства нравилась ему гораздо больше, ведь стоило прийти в себя, почувствовать собственные тяжелые конечности, как тут же приходила и боль. Расплывалась раскаленным железом по всему телу – порезы горели огнем, когда он случайно задевал их дешевой шершавой обивкой заднего сидения или своей же одеждой, пока машина тряслась на плохой дороге. От боли он не очень понимал, где он находится, да и сознание возвращалось на такие короткие мгновения, что он даже не успевал ничего толком осознать. За окнами мелькали верхушки деревьев, темное небо, но для него это ничего не значило.
Единственное, что он понимал достаточно хорошо – той пары с голодными глазами и острыми ножами больше нет рядом. Поэтому он не стал сопротивляться, когда перед глазами все начало темнеть.
В себя он приходил с трудом – не хотелось снова оказываться в мире, где столько боли, где он все еще мог быть в опасности, однако его заставили открыть глаза. Взгляд долго не фокусировался на чужой фигуре, черты лица расплывались, но он узнал его – парень, которого он встретил у фургончика мороженщика. А потом был тот укол в шею…
Джейкоб шарахнулся на противоположный конец кровати, подальше от него, зашипев от боли в потревоженных порезах. Из самого глубокого, на плече, все еще шла кровь, уже давно насквозь пропитав порванный рукав футболки, но он только рефлекторно зажал его ладонью, лихорадочно глядя на незнакомца.
- Не подходи ко мне! – выкрикнул он, наконец снова ощущая свою магию, позволяя ей переплестись со своими словами. Приказ, который нельзя нарушить, - Ты кто такой?
Он почти сорвал голос в том доме, пока кричал, и теперь звучал хрипло, но это не имело значения – когда он так говорил, собеседник обязан был ответить. Он хмуро смотрел на незнакомца, пытаясь переварить поток его слов, уяснив из всего этого только его имя. И еще то, что, кажется, он все же не собирается причинять ему вред…
Подросток замер на кровати, съежившись в самом углу, недоверчиво глядя на протянутую ему бутылку. Алкоголь он как-то пробовал, но то было пиво, а виски ему даже по запаху никогда не нравился… Ассоциировался с отцом сразу после похорон, со смертью. Однако Эдвард прав, хотя бы порез на плече надо было зашить – кровь все еще сочилась, даже сквозь пальцы. Он перевел взгляд на свое плечо, пачкая красным свою одежду, уже ощущая ту слабость и сонливость, которая бывает из-за кровопотери.
Он снова посмотрел на Эдварда, нерешительно выбираясь из своего уголка.
- М-можешь подойти, – робко сказал он, отменяя предыдущий приказ, забирая бутылку из его рук.
Пахло ужасно, и он поморщился, но глоток все же сделал, тут же скривившись. Горло обожгло алкоголем, и подросток закашлялся от неприятного вкуса, все же делая еще один глоток. В голову дало быстро, стены и потолок как-то закружились перед глазами, и он осоловело моргнул, понимая, что боль и правда притупилась.
- Будет… очень больно? – боязливо спросил он, подавая ему порезанную руку, и тут же вскрикнул, когда Эдвард решил, что это хорошая идея, использовать виски для дезинфекции.
Джейкоб чуть не вырвал руку у него, но он держал крепко, не позволяя дернуться, и ему оставалось только хныкать, пока игла сшивала рассеченную кожу. Он прикусил губу, пытаясь сдержать стон боли, не замечая, что сжал зубы слишком сильно, и во рту появился кровавый привкус. Для него все сейчас имело вкус дешевого виски.
- Что им от меня надо? – испуганно спросил он, - И… что надо тебе?

+4

6

Сияние у мальчишки было такое, что если бы не снотворное, то ничего путного у этих тварей бы не получилось. Ни у кого бы не получилось. Всего лиш несколько слов, а Эдвард уже не может пошевелиться. Собственные силы бьются перепуганной птицей где-то в черепной коробке, пытаясь сопротивляться. Но бесполезно. Чужое давление сминает его жалкие попытки вырваться бессознательной силой.
Вряд ли безымянный подросток вообще в курсе, насколько он силен.
Голова начинает трещать, болеть. Разваливаться на кусочки, пока он не прекращает сопротивление, сдавшись и замирая. Можно было сказать, что жертва и маньяк поменялись местами. Да только Крид никогда особо не тянул на роль маньяка, а из пацана выходит так себе жертва.
Он взял из его рук бутылку с виски, недоверчиво глядя на него. Ну... положа руку на сердце, он бы точно так же недоверчиво смотрел на того, кто тебя похитил.
Вполне себе логичная реакция, что ни говори.
- Эдвард. Просто... так получилось, - неловко проговорил он, чувствуя, как с плеч сваливается несколько тонн камней, не иначе. Чужое синяние отступило, возвращая ему собственную волю. Таких сильных людей быть просто не должно. Это опасно. Для них самих.
И для окружающих.
Но эта мысль пролетела мимо него, словно ее не было. Подросток подошел к нему, убирая окровавленный рукав, скользнув взглядом по порезу, прежде чем отойти к рюкзаку, вытаскивая потрепанную аптечку.
- Больно, но терпимо, - честно отозвался он, крепко сжимая в пальцах запястье мальчишки, примеряясь иглой к глубокой ране.
У него был опыт зашивать и себя. И своих приятелей, нарвавшихся на неприятную компанию. Но незнакомец перед ним был совсем еще ребенком.
Чем он вообще думал, когда соглашался на это?
- Им нужно твое сияние. Ты же знаешь, что у тебя есть способности? - Эдвард заговорил, чтобы отвлечь его от боли, бросая на него короткий взгляд, - ты очень сильный. Очень яркий. И они питаются силой таких, как мы. Они называют себя пустыми. И если они не будут есть, то погибнут.
Еще несколько стежков, он взял бутылку с остатками виски и еще раз щедро полил на порез, заставив пацана зашипеть сквозь зубы.
- Я... У меня тоже есть сила. Я могу находить таких, как мы... И, - он облизнул губы, делая несколько последних стежков и бинтуя руки мелкого, - я не знал, что они хотели сделать с тобой.
Чистая правда, между прочим.
Но он мог спросить, но предпочел этого не делать. И... они бы его все равно нашли. С ним или без него. Мальчишка явно не подозревал об их существовании.
А так... так он, хотя бы, выжил. И будет осторожнее.
- Как тебя зовут? - Эдвард сложил остатки бинтов в аптечку, поднимая на него взгляд, с сожалением посмотрев на уже пустую бутылку из-под алкоголя.
Ему бы не помешало расслабиться после такого. Но не сейчас. Сейчас нужно лечь спать. И надеяться, что их не найдут хотя бы сейчас. Он кивнул на кровать.
- Тебе нужно отдохнуть. Завтра утром я отвезу тебя обратно к школе. Надеюсь, они не захотят продолжить охоту на тебя.
И на меня.
Эту мысль он не хотел вообще слышать в своей голове. Страх поднимался волной к горлу, доводя до мерзкого чувства тошноты. Но он был уверен на тысячу процентов, что эта выходка не останется безнаказанной.

+4

7

Он глубоко дышал, закусив губу от боли и стараясь даже не смотреть в сторону Эдварда, пока тот зашивал его плечо. Будь в нем чуть меньше алкоголя, он бы закатил громкую истерику, потому что после всего пережитого в нем осталось столько страха, паники и недоумения, что держать все эти эмоции в себе было бы слишком сложно, а для ребенка – попросту невыполнимо. Но из-за виски в голове было так пусто, что он даже соображал с трудом, а уставшее тело подводило – он не смог бы сейчас подняться с постели, едва ли ноги его удержали.
Объяснения Эдварда смешивались, одно наплывало на другое, и у него не получалось отследить связь между ними, он мог только цепляться за отдельные слова. Яркий – это точно, мама часто его так называла, когда хотела похвалить, но он никогда не светился… или правильно говорить, сиял?.. Разве это не связано как-то с радиацией?
Джейкоб глупо моргнул, оглянувшись на своего временного врача.
- Меня зовут Джейкоб. И у меня есть способности, – робко подтвердил он. Никогда еще раньше он не говорил об этом вслух, - Но о них никто не знает. Откуда они узнали?
Он нахмурился, слушая продолжение, понимая наконец, как именно его обнаружили. Это не из-за его неосторожности, он не нарушал свои же собственные правила на счет этого чертового колдовства. Ему просто не повезло – и вот он уже на пыльном диване под пристальным взглядом двух пар голодных глаз. Из-за Эдварда, который нашел его и привел туда. Он же сам сказал, это его способность – искать таких же, как он.
И слишком часто отец ему рассказывал, что бывает с маленькими мальчиками, которые повелись на рассказы незнакомцев, поэтому Джейкоб не верил ни единому слову – где-то на уровне рефлексов, которые есть у каждого ребенка, чей родитель полицейский, и даже алкоголь не мог этого выбить.
Он прижал к себе раненную руку, снова отодвигаясь в свой угол, чувствуя себя лишь на самую капельку лучше. Все тело ныло, порезы все еще болели адски, и вся его одежда была перепачкана в крови. И он заперт в номере с парнем, который его во все это и втянул, и, возможно, на них обоих уже объявлена охота теми двумя. Пустые. При одной только мысли о том, как они смотрели на него, Джейкоб поежился. Как так может быть, что для кого он всего лишь еда? Что его жизнь ничего не значит?
Для ребенка, у которого всегда была любовь и поддержка родителей, это звучало дико.
А истерика все же начала подступать.
- Никуда я с тобой не поеду, – резко заявил он, все еще с опаской глядя на него – на это его благоразумия еще хватало, хотя мысли уже плыли от алкоголя. При первой встрече этот парень всадил в его шею целый шприц какой-то дряни – опыт незабываемый, но приятного мало, и даже если сейчас он ему почему-то помогал, Джейкоб ни секунды больше не хотел находиться рядом с ним. Он хотел, чтобы все вернулось на круги своя, чтобы вечером он пришел домой, а там отец после работы устало развалился на диване, дожидаясь его к ужину. И больше никаких ножей, ни единого лезвия, - Дай мне свой телефон, – ультимативно потребовал он, уже протягивая руку.

+4

8

В голове мелькнула максимально тупая мысль о том, что у них имена, как у героев фильмов по книгам Стефани Майер. Да, вампир и оборотень. Таковых, конечно, в настоящем мире не бывало, но история была настолько распиарена и хайповая, что он запомнил ее. И вот сейчас.
Джейкоб.
Смешно же.
Он усилием воли подавил рвущийся наружу немного истерический смех, убирая аптечку обратно в рюкзак.
Ах да. Он же в этой истории плохой парень. Эдвард бросил короткий взгляд на сжавшегося в углу мальчишку, решившего, что он может устанавливать свои правила... Если честно, ему совершенно не хотелось разбираться со всеми этими последствиями. Он не умел этого делать, в конце концов. Единственное существо, за которое он хотел нести ответственность, застрелил отец в пьяном угаре.
Да пошло все нахер...
Он поднял руки вверх, жестом показывая, что он не собирается причинять мелкому вред. Дать свой телефон... Да куда он сбежит из этого мотеля? Он еле держит себя в сидячем положении.
Не то чтобы у самого Эдди было больше сил, все, что ему сейчас хотелось, так это напиться и уснуть.
Он вздохнул, вытаскивая из кармана потрепанный, старый смартфон с длинной царапиной вдоль всего экрана. Никакой блокировки там отродясь не стояло, у него никогда не было секретов, которые стоило бы охранять. Да и отец бы тогда еще больше истерил, что не может следить за его звонкам.
Хах. Будто он совершал такие ошибки.
Протяжные гудки давили на них обоих. Эдвард едва слышал их, но эта тишина напрягала. Напрягало, как изменилось выражение лица Джейкоба, когда он понял, что его звонок не берут.
Кажется, вот именно сейчас у его страха открылось второе дыхание.
- Позвонишь попозже, можешь оставить телефон, - великодушно отозвался Крид, уныло заглядывая в мини-бар в холодильнике. Паршивое пиво его не спасет, а весь вискарь он потратил на пацана. И что делать в таком случае?..
- Сиди здесь, я схожу к автомату. Кажется, на парковке была парочка, - подросток накинул себе на плечи куртку, открывая дверь и нос к носу встречаясь с женщиной, от которой они едва сбежали.
За ее плечом стоял ее подельник. И все это дерьмо совершенно не обещало ничего хорошего. Эдди не нашел ничего лучше, чем уже во второй раз за эту ночь не воспользоваться эффектом неожиданности, захлопнув перед их носом дверь, подбегая к испуганно пискнувшему Джейкобу.
- Бегом. Через окно, - одними губами прошипел он, бесшумно открывая небольшую форточку под потолком в ванной комнате, сначала помогая мелкому перебраться через нее наружу. Он бросил взгляд на кровать, где оставил рюкзак, на оставленный там же телефон, но входная дверь с треском вылетела из пазов. И ему ничего не оставалось, кроме как ужом выскользнуть наружу следом, добегая вместе со своим невольным спутником до автомобиля.
- Валим-валим, - прошептал он, поворачивая ключ в зажигании. Драндулет отозвался звуком барахлящего мотора, но не завелся. Еще одна попытка.
От паники ему показалось, что его футболка насквозь промокла от ледяного пота, но на четвертый раз машина завелась. И он рванул по дороге дальше, бросая взгляд в зеркало заднего вида.
- Ебанный пиздец, - его передернуло, и он почти усилием воли заставил себя смотреть на дорогу, - походу, они не остановятся...

+4

9

Отец обычно брал телефон почти сразу – Джей никогда не ждал ответа дольше четвертого гудка, но сейчас один сменялся другим, и другим, и другим… Мальчишка нервно теребил пальцами край собственной футболки, жесткий от засохшей крови, то и дело поглядывая на своего невольного спутника. Он все еще не доверял ему, все еще пребывал в состоянии на грани паники и истерики, и ему было очень нужно, просто невероятно необходимо услышать голос отца.
Который так и не взял трубку.
Джейкоб недоуменно уставился на телефон, словно в мыслях при составлении своего простенького плана даже не рассматривал такой вариант. Он свято верил, что ему осталось лишь немного подождать, пока отец приедет к мотелю и заберет его домой, в безопасность и уют, но все пошло наперекосяк с самого начала. Он упрямо набрал выученный наизусть номер еще раз.
Отец должен ответить, ну же…
Напряженно сжавшись в комочек в самом углу кровати он вслушивался в гудки, однако чуда все еще не происходило. Джейкоб поднял потерянный взгляд на Эдварда, совершенно запутавшись, не понимая больше, что ему делать, только чтобы заметить на его лице какое-то жалостливое снисхождение. Мальчишка недовольно поджал губы, но промолчал, встрепенувшись лишь тогда, когда Эдвард начал накидывать на себя куртку и потянулся к двери.
Что-то в идее открыть дверь номера отзывалось в нем почти первобытным ужасом. Это неправильно, они должны сидеть здесь, не высовывать и носа, пока папа не приедет.
- Подожди, не надо! – попытался он его остановить, однако без своих сил он все еще оставался просто ребенком, которого взрослый подросток едва ли будет слушать.
От знакомых голодных глаз за порогом Джейкоба пробрала дрожь липкого страха – прямо по позвоночнику, заставляя содрогаться всем телом. По порезам словно еще раз прошлись ножами, но горячая боль так и не привела его в чувство: мальчишка в ужасе застыл, словно кролик перед удавом, неспособный на трезвые мысли, на движения. Им надо было бежать, а он не мог и пальцем шевельнуть от сковавшей его паники.
Громкий хлопок двери словно разбудил его. Он еще раз вздрогнул, но теперь уже больше от неожиданного громкого звука, испуганно оглянулся на Эдварда, который уже тащил его в ванну, неосторожно схватив за больную руку. Джейкоб придушенно застонал, чувствуя больше прилив адреналина, чем настоящую боль, послушно пропихивая внезапно ставшее таким тяжелым тело в узкое окошко. Конечности слушались плохо, мышцы были словно деревянные, однако он старался не обращать на это внимания. Вся его сосредоточенность уходила на то, чтобы не закричать от ужаса, не поддаться этой панике и не сдаться, повиснув на в окне крохотной ванной, подписав этим и обоим смертный приговор.
От мотеля до парковки было рукой подать, Джей видел их машину, еще когда пролезал через окно, но теперь это расстояние казалось ему целой вечностью. Преследователи будто бы уже дышали в затылок, будто уже хватали его за футболку, чтобы утащить обратно в свое царство пыли, затхлости и острых лезвий.
Он плюхнулся на сидение машины, в страхе оглядываясь. Сердце колотилось как бешеное, дыхание было безнадежно сбито – больше из-за паники, чем из-за бега. Пустые сломали дверь их номера, выбегая на улицу, и Джейкоб изо всех сил вцепился в кожаную обивку – теперь его можно было бы вытащить из машины только вместе с этим креслом.
- Сделай уже что-нибудь, они почти здесь! – прокричал, почти давясь своим страхом, задыхаясь.
Эдвард судорожно крутил ключ туда-сюда, и наконец машина, глухо фыркнув, завелась, двигатель пришел в движение, позволяя им выжить – хотя бы на ближайшие несколько минут.
- Они едут за нами!.. – от алкоголя, стресса, боли и паники он почти не мог мыслить, - Что нам теперь делать?
То, как он не доверял ему еще совсем недавно, больше не играло никакой роли. Сейчас он готов был доверить ему все, что угодно – это было его последним шансом на спасение.

+2

10

Может, стоило помолиться? Он никогда не занимался этим бредом, но от ужаса сводило желудок, да так сильно, что ему казалось, еще секунда, и его вывернет желчью и кровью. Лучше бы алкоголем, но он как назло не пил толком уже пару суток. А ел... Интересно, считается ли за полноценный ужин, необходимый растущему организму, пачка соленых крекеров, которые он отжал у младшеклассника?
Какая идиотская мысль. Впрочем, сейчас он был рад даже таким. Тупым, заторможенным, но они хотя бы давали гарантию того, что его не захлестнула с головой паника.
А этого допустить было нельзя ни в коем случае.
И зачем он вообще ввязался во все это? Эдди бросил короткий взгляд на вжавшегося в спинку переднего сидения мальчишку. За ними ехали. Просто так убраться от погони не получится. Но пока он просто ехал. Надо успокоиться. Надо восстановить дыхание и позволить дару взять свое.
Черт, ну зачем он ввязался в это?! Что за рыцарские позывы?
Может, если он остановится и отдаст им мелкого, все прекратится?
За эти мысли стало стыдно и очень сильно захотелось врезать самому себе по морде. Этот Джейкоб ни в чем не виноват. Он не выбирал родиться с этими силами. И отдавать его на съедение этим древним тварям?
Да пусть подавятся пылью от этой старой тачки!
Эдвард сильнее сжал в пальцах руль, восстанавливая дыхание. Так. Спокойно. Расслабиться и позволить течению вывести его на ту дорогу, которая приведет к цели.
- Успокойся, - резко процедил он, из-за концентрации ловя фоновые отзвуки чужой паники, проникающей в него и сбивающей настрой.
Впереди будет город. Больше предыдущего в пару раз. Да, он чувствует это. Даже видит, машин на трассе стало больше. Красивый красный кадиллак пронесся мимо, издевательски посигналив ему. Плевать.
- То, что ты сделал со мной в номере, - подросток лихорадочно соображал, въезжая в черту города, становясь в крайний правый ряд, замечая их преследователей слева в пяти машинах от них, - тебе придется повторить. Мы оторвемся на три квартала от них, бросим машину. И возьмем в прокате другую, - он дернул пацана за руку, заставив того болезненно вскрикнуть, - соберись, если не хочешь сдохнуть!
Эдди попетлял между рядами, ловко перестраиваясь, а потом съезжая на более широкое шоссе.
- Тебе нужно будет зачаровать хозяина автопроката. Чтобы он отдал нам машину бесплатно. И не запомнил этого. Забыл. Будто память стерли к чертям собачьим. Понял?
У них не было времени придумывать дургой план. Да и откуда этому другому плану взяться? Где-то на подкорке мелькнула мысль, что отец убьет его за брошенный автомобиль. Но... Он не очень был уверен в том, что вообще вернеться домой.
Что вообще выживет.
Страх смерти снова сжался удавкой на горле, но он усилием воли затолкал его куда подальше. Сейчас. Они сменят транспорт. Доедут до следующего пригорода, возьмут номер в мотеле.
И вот тогда он может с чистой душой набухаться.
Эдди сделал один круг почета вокруг нужного квартала, убеждаясь, что у них есть нужное время. И вылез из машины первым, припарковав его в узком дворике за заборами трех дворов.
- Идем, нам туда, - он кивнул на мерцающую вывеску автопроката, протянув мальчишке ладонь, - Джейкоб, если ты этого не сделаешь, нас обоих убьют.

+3

11

Он уже не чувствовал боли от порезов, не чувствовал пьяного головокружения от выпитого алкоголя, не чувствовал ничего – кроме дикого страха. Это одновременно и отрезвляло, делая все мысли необычайно четкими, почти острыми, и в то же время спутывало все паникой, и он, совершенно не привыкший к подобным ситуациям, все еще не понимал, что делать.
Побег был слишком сумбурным и спешным, чтобы он сумел хоть как-то его осознать, а голодные демоны слишком пугали его, чтобы он мог придумать хоть сколько-то действенный план. Его силы, сияние – как это назвал Эдвард, были яркими, необъятными, и наверняка с ними можно было как-то победить, быть настоящим суперменом, однако сейчас он оставался лишь напуганным до смерти ребенком, который не мог спасти никого – даже самого себя.
Ему не стало лучше, когда замызганный мотель скрылся из зеркала заднего вида, он не чувствовал себя ни капли в безопасности – у пустых тоже есть машина, и они все еще очень голодные. Они будут преследовать его всегда, до самого конца, целую вечность… пока не поймают и не начнут снова резать своими ножами…
Почему эта развалюха не может ехать быстрее?..
Он не сводил глаз с дороги за их задним бампером, их крохотной форы не хватало на то, чтобы успеть скрыться, затеряться в городе. Джейкоб снова запаниковал, замечая знакомую машину всего в нескольких метрах от них, задышал чаще, невольно угрожая самому себе гипервентиляцией. Эдвард ему что-то говорил, но он не слышал, не мог осознавать слова, вообще речь в принципе, пока тот не сжал его руку, прошелся пальцами прямо по свежесделанному шву.
Мальчишка вскрикнул, на глаза тут же навернулись слезы, но короткая вспышка боли привела его в чувство хотя бы настолько, чтобы он выслушал план по их спасению. В теории – это было не так уж сложно, еще сутки назад он мог бы поспорить на что угодно, что легко сможет убедить человека забыть воспоминание. Теперь же, когда от это действительно зависела его жизнь, все вдруг стало гораздо сложнее, и он уже не был столь уверен в своих способностях.
Джейкоб вытряхнулся из машины – тело подрагивало от стресса и нервного напряжения, и он чуть ли не силой воли заставил ноги шагать к вывеске, на которую показывал Эдвард. Главное – успокоиться, поймать снова то ощущение, благодаря которому ему удавалось так легко договариваться с учителями, тренером, одноклассниками. Побеждать в любых спорах, уговаривать на дополнительную порцию кексиков.
Проблема была в том, что он не чувствовал себя больше тем человеком.
- Я не… я не уверен, что смогу, я никогда раньше так не делал, – тихо сказал он, судорожно поглядывая то на продавца за стойкой, то на Эдварда.
Дома, если он в чем-то был не уверен, волновался перед контрольной или важным выступление, перед матчем, мама или Элли всегда подбадривали его и успокаивали, говорили, какой он молодец и что он обязательно справится, и он им верил. Он рефлекторно ждал чего-то подобного и сейчас, обращаясь к своему вынужденному другу за поддержкой, а тот только стал пророчить им скорую смерть.
Никакого давления. Совсем.
Он нервно сглотнул и все же перебежал через дорогу, заходя внутрь проката, не давая себе времени на то, чтобы испугаться еще сильнее или передумать – они не могли позволить себе задержку.
- И-извините, – начал он, чуть заикаясь, уже заранее понимая, что ничего не работает. Таким тоном он никого ни в чем не убедит, - Нам нужна ваша машина. Дайте нам ключи… п-пожалуйста?
Высокий плотный дядька отвлекся от своего телевизора и посмотрел на перепуганного окровавленного подростка, и только по его выражению лица Джейкоб понял, как выглядит сейчас. И что его сияние ни черта не сработало.
- Господи, парень, ты как?? – воскликнул мужчина, окидывая его пораженным взглядом, - Кто тебя так? Я звоню в скорую! И вызываю полицию!
Джейкоб растерянно наблюдал за тем, как продавец тянется к телефону. Если он позвонит в полицию, папа обо всем узнает, тут же приедет, однако… этим самым окажется в опасности. А он же просто человек, самый обычный, пусть и очень сильный, но у него и в помине нет никакого сияния, он не сможет защититься перед пустыми, которые своей силой застанут его врасплох.
- Нет, нет, нет, не надо полицию, просто одолжите нам машину, и мы уедем, пожалуйста, – испуганно затараторил он. Нельзя подвергать папу опасности, только не это, он же не выдержит потери последнего родителя, но продавец не слушал, искренне веря, что совершает благое дело. И у Джейкоба не осталось выбора, - Стойте, – резко приказал он с такой силой, что ослушаться не получилось бы, - Положите трубку. Не надо никому звонить. Отдайте нам ключи от самой неприметной машины.
Мальчик требовательно протянул руку, и продавец послушно вложил в его ладони ключи, словно так и нужно было. Без сомнений, без колебаний, с совершенно пустым взглядом.
- Нас здесь никогда не было. Забудьте об этом.
Он оглянулся на Эдварда, переживая, все ли сделал правильно.

+2

12

Эдвард нервничал. Даже больше. Он откровенно паниковал, когда за ними захлопнулась дверь автопроката, а звоночек над ней перестал разбавлять гробовую тишину своим звоном. Все казалось таким медленным, будто нереальным. Он бы, наверное, отдал все, что у него было в его объективно жалкой жизни, чтобы все это - оказалось всего лишь сном.
К черту такие способности. К черту весь этот иной мир, о котором он понятия не имел, пока не наткнулся случайно на каких-то людей, уверяющих его в том, что у них есть абсолютное лекарство от всех страхов и болезней.
И цена за него такая пустяшная. Никчемная, по сравнению с тем, что они ему обещали.
Эдди не смог ее заплатить. Да и вряд ли смог когда-нибудь. Отдать чужую невинную жизнь, чтобы спастись самому? Ему бы хотелось, чтобы это было так легко и просто.
Но это нихрена не легко и не просто.
Парень нервно качнул головой, когда мальчишка поделился с ним своей неуверенностью. У них не было на это времени. Им нужна машина. Им нужно убраться отсюда, как можно скорее, чтобы и духа их не было здесь. Чтобы сбить их со следа. Остановиться и выдохнуть. Понять, что делать дальше.
Он только покачал головой. У них нет шансов, если Джейкоб не справится.
И... черт подери, все пошло по пизде с самого начала. Он не использовал сияние, словно страх и паника парализовали его силы, заставляя быть всего лишь испуганным подростком. Если так продолжится, они обречены.
Эдвард бросил панический взгляд на широкие окна автопроката, а потом совсем панический на мужчину, который уже потянулся к телефону. Полиция.
В голове на мгновение мелькнула мысль, а может... может, это хороший вариант? Отдать Джейкоба полицейским, чтобы они вернули его домой? А самому тихонько смыться? Возможно, по отдельности, эти твари не будут их искать?
Какая глупость.
Он знал, что это не правда. Что по одиночке их найдут еще быстрее. А обычные люди... им не помощники против этих чудовищ, родом из ночных кошмаров.
Эдди резко вскинул голову, когда ощутил это. Сияние Джейкоба было такой силы, что ему казалось странным, что его не могли найти пустые самостоятельно. Ему казалось, что от него шел свет. Яркий. Ослепляющий. Острый и колкий, способный выжечь глаза. Если бы только он умел пользоваться этим, то он бы никогда не оказался в этой ситуации.
В глазах мелкого было столько страха, что у Эдварда не осталось никакого выбора. Он осторожно и неожиданно мягко потрепал его по волосам.
- Молодец, Джей, - тихо проговорил он, забирая у него из ладони ключи, выходя вместе с ним на парковку, направляясь к темно-серому доджу каких-то совсем древних времен, но таких автомобилей было огромное количество. Им не составит труда затеряться, если они будут ездить на чем-то подобном.
Он дождался, пока мальчишка заберется на переднее сидение, а потом сел на водительское, блокируя двери и заводя мотор. В отличие от старой отцовской колымаги, здесь все работало, как часы, несмотря на возраст.
Подросток осторожно вырулил с парковки, прикрывая глаза, чтобы поймать ощущение направления. Навигатор остался в телефоне, так что приходилось пологаться только на чутье.
Он попетлял по кварталам, проверяя, нет ли за ними погони, а потом выехал на восточную трассу, направляясь прочь из города. Тишина давила на виски, и он не выдержал первым.
- Мы найдем комнату и поспим. Ехать немного, всего пару часов... Но ты... устал, наверное. Откинь кресло и поспи, - он бросил на него короткий взгляд, сжимая в пальцах руль, будто в нем находил хоть какое-то успокоение, - теперь им придется попотеть, чтобы найти нас. Ты... молодец.
Эдди закусил нижнюю губу и снова отвернулся к дороге, включая радио, чтобы хоть как-то избавиться от неуютной тишины, из-за которой у него сводило зубы до боли.
До мотеля он остановился лишь раз, через квартал после примеченного магазинчика, он оставил Джея всего на минут десять, технично выкрав из магазина несколько сандвичей, колу и пару пачек чипсов.
Кажется, мальчишка испугался, что он не вернется, поэтому он только вздохнул и протянул ему сандвич с ветчиной и сыром.
- Поешь. Должно стать... чуть лучше, - звучало это максимально идиотски. Но у него самого силы остались совсем на исходе. И он не знал, насколько их хватит.

+3

13

У них не было выбора – так он себе говорил, когда шагал за Эдвардом по парковке. Они должны были сделать это ради спасения своих же жизней, это было необходимо, иначе им грозила смерть… Одни и те же мысли крутились в его голове по кругу, пока он пытался убедить себя, что все сделал как надо, но ничто не отменяло того факта, что это все еще оставалось обыкновенной кражей. Может, и с применением сверхъестественных сил, однако все еще преступление.
Отец не так его воспитывал.
Он закусил губу – он поступил так отвратительно, а он ведь обещал сам себе, что никогда не будет использовать способности вот так. Это же все равно что насилие над человеком, и это так неправильно! И все равно он забрался на переднее сидение машины, поджимая ноги к груди, обхватывая колени руками. Ему было больно, плохо, он скучал по папе и ощущению безопасности дома, и только что он упал в своих собственных глазах ниже плинтуса.
Но Эдвард, кажется, был им доволен, потрепал его по волосам… Он спрятал лицо в коленях, тихо выдыхая, пытаясь успокоиться. Ему нужна была поддержка, необходима, хоть какое-то человеческое тепло, а этого прикосновения было так мало. Но он не знал, можно ли сказать Эдварду об этом, попросить хотя бы ненадолго его обнять… Они ведь знакомы-то всего несколько часов, они никто друг другу, да и он за рулем, не стоит его отвлекать.
Но еще лучше было бы выпить целую пачку обезболивающего.
Эдвард предложил ему поспать, и он послушно свернулся калачиком на сидении, кутаясь в свою рванную и окровавленную толстовку, хотя сна не было ни в одном глазу – слишком он нервничал, по венам все еще гулял адреналин.
- Я… Да, ты прав, наверно, – нерешительно сказал он, прикрывая глаза, - Но мне так жаль того продавца… нельзя было так с ним. Надо было придумать другой план.
Он нахмурился, крепче обхватывая самого себя руками, почти сгорая от чувства вины. Плохие мысли всплывали одна за одной: продавцу наверняка грозит наказание за то, что в его смену украли машину, папа волнуется за него и уже места себе не находит, и ему самому даже неизвестно, сколько еще он проживет. Он так устал… и сам не заметил, как отрубился – организм слишком вымотался за этот день.
Проснулся он от хлопка закрывшейся автомобильной двери, не сразу осознавая, где он. Салон машины незнакомый, а он проспал слишком мало, чтобы действительно отдохнуть, и сонный мозг работал еще заторможенно. А потом он снова ощутил всю боль от своих порезов и головную боль от выпитого алкоголя, который ему дал Эдвард, и понимание происходящего свалилось на него непомерным грузом: он вдали от дома, в смертельной опасности и пока не может вернуться к отцу.
И он один в машине. Джейкоб оглянулся, начиная паниковать, не понимая, где Эдвард. Как давно он ушел?.. Они остановились на какой-то улице, едва освещенной, и было слишком темно, и вокруг никого не было. Страх в очередной раз липкой волной прошелся по его позвоночнику, он тяжело задышал, напряженно всматриваясь в темноту. Эдвард, он… сбежал? Неужели бросил его?
Нет, нет, нет, только не это. Он судорожно дернул ручку дверцы, но машина оказалась заперта, и это немного успокоило его панику – незачем запирать машину, если ты сбегаешь. Откинувшись на спинку кресла, он попытался взять себя в руки, немного успокоиться – надо лишь немного подождать.
Эдвард вернулся спустя десять минут, которые показались ему целой вечностью. Джей проследил взглядом за ним, пока он обходил машину и забирался на водительское сидение, с облегчением выдыхая. Один он бы не справился со всем этим.
- Ты вернулся! – тихо сказал он, принимая сэндвич из его рук. Есть не хотелось, хотя все же стоило, и он откусил кусочек, почти не чувствуя вкуса, - Мне показалось, что ты сбежал и… оставил меня.
Он испуганно посмотрел на него, так до конца и не отойдя от всего случившегося, все еще переживая и чувствуя страх. Надо было бежать отсюда как можно дальше, спасаться, но в одиночку у него точно не получится. В одиночку он погиб бы еще в том старом пыльном доме, в криках боли, под пыткой, став кормом для монстров.
- Ты… почему ты мне помогаешь? – он заглянул в его глаза, - Ты же не бросишь меня? – он нахмурился, несмело задавая вопрос, от которого зависела его жизнь.

+3

14

Эдди посмотрел на мелкого с едва заметным непониманием. С чего бы ему так радоваться тому, что он вернулся? Он думал, что он бросил его? Пожалуй, ему стоит объяснить ему, что сейчас они двое - как никогда в одной лодке. Пустые никогда в жизни не простят ему того, что он их дважды обдурил, оставив с носом и без того, что они называли "паром".
Ему самому бы уже скрутили шею, если бы он свалилвал оттуда в одиночку. А с Джейкобом... с ним у них был шанс. Один на двоих, главное, чтобы они не проебали его из-за паники и страха.
Подросток тяжело вздохнул, откидываясь на спинку сидения и ненадолго прикрывая глаза. Он так устал. Адреналин, щмалящий по венам, уже давно прекратил свое действие. И двигался дальше он на одном голом понимании, что если он остановится слишком рано, их нагонят. И вся эта гонка с препятствиями окажется бессмысленной.
- Никуда я уже отсюда не денусь, - по инерции огрызнулся парень, заводя автомобиль и выезжая из закоулка, сразу ныряя в крайний левый ряд. Хотелось вдавить педаль в пол и бежать, бежать, бежать, подгоняемый страхом, что на ближайшем же перекрестке он снова встретится взглядом с теми, от кого они бежали.
В глазах той женщины он увидел только смерть, болезненную и мучительную. И это будущее ему не понравилось от слова совсем. Лучше умереть от болезни, чем... вот так.
- Потому что гладиолус, - Эдди сжимает в пальцах руль, проводит ладонями по коже, улавливая заводские швы. Это успокаивало. Хоть немного, но дарило ему ощущение контроля над ситуацией.
Он бросил короткий взгляд на притихшего мальчишку и почувствовал себя совсем конченным мудак. Джейкоб ни в чем не виноват. Он испуган и ранен.
Подросток сглотнул и шумно выдохнул.
- Потому что не хочу, чтобы ты пострадал. Я сглупил, они... они задурили мне голову, и я не думал о последствиях. Но когда я увидел, что они начали делать с тобой, я... я захотел тебя спасти, - такие слова давались с трудом. Ему не хотелось об этом говорить, но это было бы нечестно по отношению к мелкому.
Все в этой ситуации, в принципе, было нечестно по отношению к ним обоим.
- Не брошу, - чуть помолчав, закончил Эдди, а потом включил музыку погромче.
Разговоров на сейчас было достаточно. Да и, честно говоря, у него уже не было никаких сил, чтобы поддерживать разговор. Когда они подъехали к мотелю, он залез в бардачок, в дурацкой надежде найти там хоть что-то, и, о чудо, им повезло. Впервые за эти бесконечно ужасные сутки, им повезло.
Под ворохом бумажек и фантиков от конфет, он нашел сто долларов. Он бросил взгляд на расценки на мерцающем табло, и кое-как посчитал, что им этого хватит на три дня проживания, а там дальше они как-нибудь разберутся.
Эдвард говорил с менджером один, пара фраз и деньги, и в его руках ключ от номера. Безликого, с одной кроватью, но ему было уже так плевать на то, как это может выглядеть со стороны, что готов был спать даже на набитом ватой мешке из-под картошки. Лишь бы за закрытым замком.
- Иди в душ. И брось грязные вещи в машинку, - он безапелляционно отправил мелкого в сторону ванны, а сам стянул с себя одежду, обнаружив в шкафу два халата, в один из которых с чистой совестью влез, включая телевизор и нервно хохотнув, залипнув в экран.
Когда Джей выбрался обратно, он усмехнулся.
- Тут работает ровно один канал. И по нему крутят "сумерки". Этот день уже не может стать хуже.

+3

15

Наверно, сейчас было не время для таких вопросов. Они оба устали, все еще испытывали стресс и страх, которые мешали трезво мыслить и правильно оценивать ситуацию. У Джея болело все тело, порезы ныли, а руку, на которой теперь красовался неаккуратный шов во все предплечье, он уже почти не чувствовал, однако ему было важно услышать ответ. Ему было необходимо знать, насколько он может доверять этому человеку, может ли он наконец позволить себе расслабиться хоть немного и отпустить панический страх того, что он может остаться один на один с пустыми, когда они найдут его.
Но Эдвард лишь отмахнулся от него, не желая ничего объяснять, а переспрашивать, настаивать на ответе он побоялся, чтобы не разозлить его ненароком. Вдруг он тогда выгонит его из машины?.. Джей откинулся на спинку сидения, обнимая себя за плечи, сжимаясь в маленький испуганный бледный комочек темных волос, огромных глаз и окровавленной одежды.
И только тогда он ответил. Спеллман поднял на него взгляд, затихнув, слушая его слова, впитывая, запоминая чуть ли не дословно его обещание не бросать – это немного его успокоило, он преданно посмотрел на своего спасателя, начиная привязываться к нему, несмотря на то, что именно Эдвард и привез его к пустым. Для Джея сейчас важнее было то, что он его вытащил оттуда. Дважды.
Вместе они справятся – так он себе говорил, убеждая самого себя.
Мотель, который Эдди нашел, был старым и ничем не примечался – одинаковые вытянутые домики, поделенные на несколько одинаковых же безликих номеров. Джей осмотрелся, но ничего подозрительнее слоя пыли не заметил, а после того, как на глаза попалась кровать, он вообще перестал беспокоиться о чем-либо, решив, что он может доверять Эдварду в выборе укрытия и здесь их не найдут.
Послушно повинуясь словам Эдди, он сначала отправился в ванну, хотя очень хотелось просто рухнуть в постель и зарыться в одеяло. В зеркало он старался не смотреть – не хотел видеть себя таким, и повернулся к нему спиной, медленно стягивая с себя присохшую с кровью одежду. 
Забираясь под душ он даже не подумал о том, как это будет теперь ощущаться, но стоило направить на себя струю воды, как он тут же зашипел от боли – все порезы разом заныли, будто он встал не под воду, а под кислоту, и он в панике выскочил из ванны, чуть не запутавшись в шторке и не оторвав ее. Пришлось смачивать полотенце и аккуратно обтирать кожу, смывая с себя кровь, пыль того заброшенного дома, холод стальных лезвий, липкий страх.
С последними двумя выходило плохо.
Из ванный он вышел еще более уставшим, но относительно чистым, заторможенно глядя то на Эдди, не понимая толком, что он имеет в виду, то на экран со смутно знакомыми картинками.
- Стой, тебя же зовут Эдвард? – вспомнил он, переводя взгляд на экран, только сейчас понимая всю абсурдность выпавшего именно в этот момент фильма, - А меня Джейкоб, – он слабо улыбнулся, слишком уставший для более бурных выражений своих эмоций, - У меня есть собака, Белла. Мама предложила так назвать, сказала, это будет забавно…
Он широко зевнул, заворачиваясь в чистый халат, даже не возмущаясь, когда махровая ткань скользила по порезам – на это уже не было сил. Влажное полотенце с розоватыми разводами осталось прямо на полу, а он забрался в постель, укрываясь одеялом чуть ли не с головой. Делить постель с кем-то еще было непривычно, но сейчас ему было глубоко плевать на вторжение в личное пространство. Наоборот, он был даже рад, что не придется оставаться одному, и рефлекторно, почти что в полусне, прижался ближе к Эдди – так было спокойнее, теплее и комфортнее. Как-то более защищенно…
В сон он провалился быстро, но спокойными его сновидения не были. Темнота была наполнена затхлым запахом старого дома, лязгом лезвий друг о друга, тихими свистящими звуками разрезаемой плоти, голодными горящими глаза. Неважно, как быстро или далеко он бежал, неважно, как громко звал отца на помощь – они каждый раз догоняли его, цепляясь костлявыми пальцами за его запястья, лодыжки, волосы…
С криком Джейкоб очнулся, резко садясь на кровати, не понимая, где находится. Сердце стучало как бешенное, он никак не мог отдышаться, словно пытался убежать от пустых в этой реальности, а паникующее сознание отказывалось воспринимать окружающую действительность или вспоминать события прошлого дня. Ему казалось, что кошмары через сон пробрались и сюда, что они где-то рядом, готовые схватить его в любой момент.
И когда к нему кто-то прикоснулся с другой стороны кровати, от неожиданности Джей резко отпрянул, сваливаясь на пол.

+2

16

Все, чего он хотел, так это спать. Закрыть глаза и провалиться в спасительные объятья темноты, в которой не было ни пустых, ни погони, ни разъяренного отца, ни паникующего малолетки, с которым его под несчастной звездой свела судьба.
Нет, он больше не думал о том, что поступил неправильно. Наоборот, ему казалось, что это единственная правильная вещь, которую он совершил в этой жизни.
Но легче от этого не становилось.
Он слабо хмыкнул, услышав кличку чужой собаки, и усилием воли отвел взгляд от темного угла гостиничного номера, где застыла тень его пса.
Уже давно мертвого. Может, он пытался его так успокоить? Показать, что он все еще рядом с ним. Но смерть никого не красит. В детстве это пугало его до истерики, но отец никогда не любил его слезы, поэтому приходилось справляться самому, боясь показать то, насколько сильно его это пугает.
Он хотел спать. Сон сковывал движения, стоило ему коснуться затылком подушки и закрыть глаза. Завтра утром он, возможно, сможет со всем этим разобраться, но это - неточно.
Утро началось незапланированно раньше от резкого крика где-то в районе рассвета. Эдди подскочил на кровати, судорожно оглядываясь по сторонам. От усталости ломило каждую клеточку в теле, сон не принес ни грамма восстановления, казалось, что все стало еще хуже, подросток чувствовал себя разбитым и уставшим.
- Эй, эй! Ты чего так орешь? - с грубоватым беспокойством спросил он, поймав мелкого за плечи, легонько встряхнув его, заставив обратить на себя внимание.
Но прикосновение сделало только хуже, Джейкоб дернулся от него, свалившись с кровати окончательно, заставив парня свеситься вниз и щуря на него покрасневшие глаза.
- Совсем придурок? Ты чего буянишь? - устало проговорил он, скатываясь на пол и помогая мальчишке подняться на ноги и снова забраться на кровать.
Спать уже не хотелось. Хотелось, чтобы все это прекратилось, но это явно оставалось за гранью их возможностей. Эдди щелкнул пультом, выключая забытый ими телевизор, и устало потянулся, щелкнув позвонками на шее.
- Нам нужна одежда. И еда, - он провел ладонями по лицу, скидывая халат и практически по наитию надевая на себя вчерашнюю одежду, кутаясь в потертую от старости толстовку, - сиди здесь. И никуда не лезь, они нас не найдут.
Он остановился на пороге, чувствуя чужой взгляд в спину, а потом оглянулся через плечо.
- И не используй сияние. У них нет локатора, но такую силу, как у тебя, даже они учуят. Просто постарайся поспать.
Воровать ему было не впервой. Просто позволить своим способностям вести его по узким улочкам мелкого незнакомого городка, названия которого он даже не запомнил. Первый магазин - мимо. Второй. Третий. К шестому он уже начинал выбиваться из сил, но к следующему его потянуло сильнее, и он тихонько пролез сквозь оторванную кем-то до него сетку, а потом уже и через забытую кем-то форточку.
До открытия еще было несколько часов, света в помещении не было, не моргали даже неоновые вывески над холодильниками с напитками. Когда он вписался в лужу под одним из них, он понял причину - отрубили электричество. А вместе с ним и камеры видеонаблюдения.
Чертовское везение. Если бы он не знал о сиянии, он бы заподозрил его у себя именно в этот момент.
Он осторожно забрал рюкзак с одной из вешалок, набивая его нутро газировкой, полуфабрикатными бургерами и наггетсами, чипсами, печеньками, и прочей ерундой, которой можно спокойно питаться в дороге.
Во второй рюкзак полетели футболки, спортивные штаны и две кофты.
Вот так. Слишком сильно наглеть не стоит. Эдди в последнюю очередь взял моющее средство и тряпку, протирая окно, за которое держался, когда перелезал обратно, и сетку.
Вернулся он в номер за полчаса до того, как в мотеле подают завтрак, за который они, между прочим, заплатили. Парень растолкал снова заснувшего мальчишку, кивнув на новую одежду.
- Собирайся, там будет нормальная еда. Наверное. Насколько она может быть нормальной в такой дыре.

+2


Вы здесь » REDЯUM » full dark, no stars » [12.03.20] who's gonna fight for what's right?


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2020 «QuadroSystems» LLC