особенности, локации, гостевая, хочу к вам
таймлайн, чаво, внешности, нужные
администрация
kaidan cain
необходимые персонажи:
персонаж, персонаж, персонаж, персонаж, персонаж

Больше всего меня поразил рассказ о смерти Уайльда. Он ненадолго пришел в себя после трех часов забытья и вдруг сказал: «Что-то исчезает: или я, или обои». И он исчез. А обои остались.
24.08//
... На ролевой сменился дизайн. Запущены два квеста в Хэйвене. В скором времени анонсируем и движ для Дерри. Если у вас есть идеи/предложения - мои ЛС всегда открыты. А тем временем редраму уже 8 месяцев. Всех поздравляю и спасибо, что вы с нами! <3

REDЯUM

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » REDЯUM » creepshow » [02.12.2019] l.t.'s theory of pets


[02.12.2019] l.t.'s theory of pets

Сообщений 1 страница 24 из 24

1

l.t.'s theory of pets
Time will say nothing but I told you so,
Time only knows the price we have to pay;
If I could tell you I would let you know.

Дерри — декабрь 2019

https://funkyimg.com/i/35nyQ.gif

Jane Trenton & Adam Price„


Приручить озлобленного, не верящего людям зверя непросто. Еще сложнее приручить такого человека. Но всегда находятся то ли смельчаки, то ли глупцы, готовые попробовать силы и в первом, и во втором.

Отредактировано Adam Price (2020-09-03 22:15:38)

+4

2

- Джейн...
- Крис.
Парень смотрел на сидевшую за столом начальницу с видом нашкодившей дворняги, которая ожидает, что сейчас в нее полетит тапок. Женщина же сверлила взглядом его загипсованную руку, висевшую на перевязи.
- Вчера вечером она была целая, - Джейн перевела взгляд и посмотрела Крису в глаза, тот неловко дернул плечами.
- Вечером была. Это я утром сегодня. Споткнулся на заднем крыльце. Там ступенька...
- Та самая ступенька, которую мать просила тебя починить еще летом? - тон начальницы был холоден, как лед. Парень замолк, уставившись на свои кроссовки.
- Что тебе сказали, насколько серьезно? Как долго тебе в этом ходить?
- Ничего, простой перелом. Недели три, если все будет в по...
- Три недели, - Джейн не кричала, но ее тон резал воздух, словно ножом, - что мне делать с тренировками? У нас занятие с Элти сегодня после обеда.
- Я знаю, - Крис покаянно вздохнул.
- Замечательно, - женщина резко закрыла ноутбук и поднялась из-за стола, - пошли.
- Куда?
- Работать, конечно, - она вышла из кабинета и начала спускаться вниз по лестнице, - У тебя же левая рука сломана, а ты правша, слава богу. Определяю тебя сегодня к Пэтти.
- Пэтти? О нет, Джейн, пожалуйста, она же мне...
- Что? Сожрет твой мозг? Обязательно, это мне и нужно. Сколько можно влипать во всякую хрень, Крис? Такое ощущение, что тебе просто нравятся неприятности. Поломанная ветка, которую ты все никак не мог спилить, любовался на нее целый месяц, а она пробила тебе лобовое стекло в машине? Ничему не научило? А метлу сколько тебя просили не бросать посреди дороги, ты же сам, в итоге, об нее споткнулся и разворотил себе подбородок. Бедная твоя мать, Крис, несчастная женщина.
- И я то же самое всегда говорю, - Пэтти, стоявшая за стойкой рецепции, к которой они приблизились, и перебиравшая какие-то бумаги, покачала головой, - двадцать пять лет парню, а за ним глаз да глаз, как за дитем малым.
- Вот сегодня ты за ним и присмотришь, - усмехнулась Джейн,- А может не только сегодня, а пока с него гипс не снимут.
- А это то и хорошо, я же давно хотела документацию рассортировать и по папкам расставить. Мне лишние руки... эм, лишняя рука не помешает, - женщины переглянулись и фыркнули, Крис с безнадежным видом застонал.
- Ладно, с этим решили, - Джейн облокотилась на стойку, обращаясь к Пэтти, - не знаешь, где Адам?
- Так у нас по расписанию чистка вольеров у собак. Должен быть там.
- Понятно, спасибо, - женщина направилась в сторону выхода и по пути обернулась, - Приятного дня, Крис.
Она вышла в коридор, толкнула левую дверь и вошла в длинный зал с вольерами по одну сторону. Ее встретили лаем, повизгиванием и скрежетом когтей по металлу решетки.
- Тише, ребята. Тише. Это всего лишь я, - Джейн просунула ладонь сквозь прутья решетки, чего не позволялось делать никому из посетителей, почесала нос старенькому лабрадору, пожала лапу метису колли и, оглядевшись, заметила Адама, - привет, тебя то я и ищу. Как дела? - она подошла ближе к мужчине и поймала себя на мысли, что при виде его все никак не может отделаться от осознания, что он - знакомый ей мальчишка из детства, - хотела спросить... вернее попросить. О помощи. Крис сломал руку. Не хочешь побыть у меня на тренировке тем самым чуваком в костюме, которого едят? Я беру тридцатку за занятие, Крис получал десять, - Джейн улыбнулась, - но можем договориться.

+4

3

Чистка собачьих вольеров всегда было делом шумным и грязным, и потому неудивительно, что многие из сотрудников приюта, если бы только могли, с радостью бы переложили эту обязанность на плечи своего ближнего, но Адам даже по-своему любил эту работу. Несмотря на гам - каждый из обитателей вольеров считал своим долгом если не разразиться приветственным лаем, то, хотя бы, встретить нежеланного гостя громким гавканьем и частенько неприятные запахи, крылось в этой работе что-то медитативное, успокаивающее и настраивающее на мирный лад. Адаму нравилось наблюдать за тем, как его старания приносят результат. Сразу и сиюминутно. Грязное становилось чистым, бардак оборачивался нормой и эти рукотворные метаморфозы хоть на время, но поселяли в его душе подобие покоя, словно  внешний порядок скрадывал царящий внутри хаос.
Адам открыл дверцу пустующего вольера, макнул швабру в ведро с водой и зашел внутрь. В соседнем вольере низко и угрожающего зарычал Тайгер. Этот рыжий с черными подпалинами пес был в приюте новичком и новичком беспокойным. Лобастый, с длинной мордой и непропорционально короткими мощному телу лапами, он напоминал собой гибрида собаки и крокодила и любил демонстрировать силу челюстей не меньше, чем его пресмыкающийся собрат. Адам покосился на пса и тот в ту же секунду кинулся на сетку, заменяющую в вольерах стены. Он клацнул зубами, зарычал, а потом залился истеричным лаем, хотя бы так пытаясь показать наглому двуногому, кто здесь настоящий хозяин. Адам отвернулся от собаки и принялся мыть пол. Он уже давно понял, что не стоит обращать внимания на подобные демонстрации силы. За всей этой показной безудержной яростью обычно скрывался простой страх. В этом собаки мало чем отличались от людей.
В начале ряда, у двери, громко залаял кто-то из крупных псов, через миг его поддержали визгливым тявканьем две мелкие дворняжки. Лай этот был радостным, веселым - так встречают не врага, а друга и Адам вскинул голову, чтобы посмотреть, кто пришел. Это оказалась Джейн. Прайс хмыкнул и снова принялся драить пол. В последние дни он все чаще ловил себя на том, что больше не чувствует скованности рядом с хозяйкой приюта. Его настороженность первых недель заметно пошла на убыль и хотя еще какое-то время он невольно искал подвох в радостных улыбках своего шефа и ее дружелюбии, постепенно Адам начал привыкать и к первому и ко второму. Какое-то время, правда, она снова заставила его поволноваться и повод для этих волнений он создал сам, выболтав достаточно для того, чтобы женщина могла узнать о нем всю правду, но та, очевидно не пожелала играть в Холмса. Жизнерадостная, неунывающая и добрая, Джейн была такой, какой была и Адам, приняв этот факт, старался принять и ее саму. На большее его не хватало. Ответные улыбки, дружеские посиделки, приятельские беседы - все это было не про него и, к счастью, никто этого от него и не требовал. Зачем она пришла? Еще какой-то месяц назад Адам бы подумал, что Джейн явилась к нему с проверкой, теперь же он прикидывал в уме, какая именно собака ее заинтересовала и почему. Однако, Прайс ошибся.
Джейн подошла к нему и поздоровалась. Адам выпрямился, кивнул и, облокотившись на швабру, выслушал ее предложение. О том, что Крис работает живой мишенью для натаскивания собак он уже знал, как и знал о том, что постоянно невезучий парень умудрился сломать руку. Идея заменить его не казалось такой уж хорошей: любой, кто хотя бы раз присутствовал на тренировке и видел, как пес атакует человека, не воспылал бы желанием занять место Криса. Но Адам понимал: все это - важная часть дрессуры, Джейн не сможет без этого обойтись, да и защитный костюм тоже внушал доверие и обнадеживал. Прайс уже хотел было согласиться, как вдруг что-то внутри него, что-то давно позабытое и почти исчезнувшее, что-то, что осталось от того четырнадцатилетнего мальчишки, которым он когда-то был, воспротивилось простому согласию, требуя маленького розыгрыша.
Адам нахмурился, вперил в Джейн холодный взгляд и отчеканил колким, полным угрозы тоном.
- Ты хочешь травить меня собаками?

+4

4

Возможно, даже самой себе не признаваясь, Джейн ожидала, что Адам довольно легко согласится на ее предложение. За два с лишним месяца, что он проработал в приюте, женщина привыкла в нем видеть работника, на которого можно положиться. Сообразительного, надежного, трудолюбивого, легко берущегося за любую работу. Если такой человек рядом, всегда чувствуешь, что у тебя прикрыты тылы. Когда Джейн шла к нему со своим предложением, она как-то даже не сомневалась, что Адам сразу просто кивнет или ответит короткой фразой в своем стиле. Не для развлечения ведь зовут, по делу. По острой необходимости.
Но, встретившись с его взглядом и, тем более, услышав неожиданно холодный и совершенно чужой тон, женщина слегка опешила. Травить тебя собаками? Чего? Кто ты такой и что ты сделал с Адамом Прайсом? Джейн вскинула брови, приоткрыла рот, чтобы что-то сказать, но, нарисовав губами только маленькую букву "о", снова его закрыла. Внимательно всмотревшись в лицо мужчины, она попыталась обнаружить там намек на ироничную усмешку, но и этого не обнаружила.
- Ну... - женщина отвела взгляд и повернулась к беснующемуся в своем вольере Тайгеру. Рыча и лая, он угрожающе скалил зубы, всем своим видом показывая, насколько сильно ненавидит все окружающее и как он не рад быть здесь. Джейн снова посмотрела на Адама, пытаясь понять, чувствует ли она себя задетой, - вообще-то, всего одной собакой. И это не называется "травить". Мы тренируем охранные навыки, а не сносим животному психику.
Словно отреагировав на эту фразу, Тайгер бросился на прутья решетки всем своим весом и зашелся хриплым лаем. Его нервное состояние возбуждало и остальных псов, в помещении становилось достаточно шумно. Мелкие собаки рады были что угодно поддержать своим повизгиванием, крупные начинали обеспокоенно крутиться в своих вольерах.
- Тихо, малыш. Все хорошо. Успокаиваемся, - Джейн достала из нагрудного кармана джинсовой куртки кусочек собачьего лакомства, демонстративно положила его себе на ладонь, привлекая внимание пса, потом сжала кулак и опустила руку. Тайгер, потянул носом воздух, пролаял еще несколько раз, ударил лапами по сетке, словно говоря: а ну давай это сейчас же сюда, а то пожалеешь. Женщина просто стояла, глядя куда-то в сторону от собаки. Не дождавшись реакции, пес смолк, приблизив морду к решетке, нетерпеливо переступил с лапы на лапу и внимательно уставился на кулак женщины.
- Уже лучше, - Джейн бросила лакомство в клетку, потом достала еще кусочек и снова спрятала в опущенном кулаке. Тайгер, мгновенно проглотив первую порцию, сунул нос между прутьев, засопел, гавкнул, но, ничего не получив, растерянно сел на зад и посмотрел женщине в лицо, - хороший мальчик, вот так бы сразу, - она поднесла ладонь к его носу так, чтобы у Тайгера не было шанса цапнуть ее за палец, и позволила слизнуть лакомство. Шум и лай понемногу стихали.
- Хм... так вот на счет тренировок, - Джейн стрельнула взглядом в Адама, чуть нахмурив брови, и скрестила на груди руки, - я не настаиваю. Если ты боишься и все такое... Просто придется перенести занятие, пока ищу кого-то другого. Извини, что отвлекла.

+4

5

Шутка, очевидно, не удалась. Он перегнул палку, переусердствовав со злым видом. Адам, глядя на отвернувшуюся к собаке женщину, грустно усмехнулся, как никогда чувствуя себя слоном в посудной лавке. В подобный впросак он попадал уже не единожды, правда, по другим поводам. Первые недели после своего освобождения он только и делал, что ловил на себе чужие недоуменные взгляды - реакции на его не так сказанные слова или неправильно понятые поступки. Адам осознавал,что какой-то процент из этих взглядов всего лишь плод его воображения: люди в целом склонны преувеличивать свою значимость для окружающих и он, наверняка, попадал под прицел постороннего недоумения не так часто, как ему казалось, но, все же, реальных случаев тоже хватало. Словно инвалид, который после долгого восстановления учиться делать первые шаги, неуверенные и робкие, он заново учился общаться, снова постигая давно забытые за тюремный срок нюансы, только в отличие от инвалида, у него не было готовых поддержать его в любую секунду тренеров и врачей, составляющих программу реабилитации. Успехи его в этом непростом деле были более чем скромными, а с чувством юмора, очевидно, оказались и вовсе провальными. Вот уж точно: не умеешь - не берись. Адам вышел из вольера, сунул швабру в ведро и, отжав ее, посмотрел на Тайгера. Пес, заметно растеряв свою злобу и присмирев, сидел на полу, внимательно следя за Джейн. Правильно, парень. Следи за ней. Она здесь босс. Не забывай. И мне забывать не стоит. Пошутить решил? Идиот.
Адам снова зашел в вольер и, услышав обращенные к нему слова женщины, обернулся.
- Я не боюсь. - Взгляд его скользнул по скрещенным на груди рукам хозяйки приюта. Ясное дело. Защитная поза. Он вздохнул. Быстро глянул в глаза Джейн и тут же отвел взгляд, мысленно коря себя за глупое мальчишество. Все эти недели надеясь на то, что она не станет думать о нём исключительно как о знакомом из детства, он сам, похоже, допустил эту ошибку, слишком хорошо вспомнив десятилетнюю девчонку и давний погожий осенний день, когда оба они, Джейн - еще совсем ребенок, он - уже на пороге юности, со свойственной детям легкостью, запросто могли говорить и шутить о чем угодно. Благословенная ребяческая легкость общения! Как просто было с ней заводить друзей и как просто оказалось ее потерять. По крайней мере, в его случае. Оставалось об этом помнить и засунуть куда подальше жалкие потуги что-то изменить. - Не в этом дело.
Адам повернулся и начал домывать пол. Веревочные насадки извивались по бетону, оставляя за собой мокрые следы и едва уловимый запах сырости, который напомнил Прайсу о тюрьме. В эту пору года там пахло так же. Рядом, в соседнем вольере, снова заворчал Тайгер и Адам, глянув на пса, уперся взглядом в решетку. Ощущение тюрьмы стало еще сильнее. Прайсу захотелось бросить уборку и, выбравшись из вольера, выйти на улицу, туда, где не было никаких стен, но он только крепче сжал швабру.
- Просто неудачная шутка. Забудь. - Бросил Адам Джейн, продолжая мыть пол и не смотря на женщину. - Я согласен. И на десятку тоже. Когда?

+5

6

Все-таки шутка. Джейн запрокинула голову, фыркнула и посмотрела на Адама, так усердно взявшегося за мытье пола, словно она уже куда-то вышла отсюда, оставив его одного.
- Ну, и всего то? А как же "как ты могла обвинить меня в трусости, женщина! Адам Прайс ничего не боится, ни собачьих укусов, ни недалеких начальниц!" или " Ну все, за такое оскорбление моей чести и достоинства я возьму с тебя целых двадцать баксов"? - она шагнула ближе, легонько хлопнула его ладонью по предплечью и улыбнулась, - я попыталась тебя подколоть, но тоже, видимо, неудачно. Минутка антиюмора на нашем канале, да?
Снова занервничавший Тайгер был явно не рад, что возле его вольера опять развели бурную деятельность. Он смотрел на движущуюся по полу швабру, как на врага, и явно был готов броситься на нее при малейшей возможности. Скрученные веревки швабры скользнули у самой сетки, пес пригнул мощную голову, оскалился и заскреб лапами, словно надеялся сделать подкоп, добраться до угрозы и расправиться с ней. Джейн вздохнула. Тайгеру, как и многим его собратьям, которых мир научил только бояться и защищаться, требовалась длительная реабилитация, фокусы с отвлечением внимания не решали проблему. Здесь нужно было быть терпеливыми, последовательными и неуклонными, день за днем убеждая собаку в своей полной предсказуемости. Добиться доверия намного сложнее, чем научить пса танцевать вальс.
- Спасибо, что согласился, - произнесла Джейн и бросила взгляд на наручные часы, - я назначала тренировку сразу после обеденного перерыва, но мне еще нужно провести с тобой инструктаж...
Она задумалась. Проще всего было бы отправить домывать вольеры какого-нибудь другого работника, но в этот день с выбором было негусто. Сломавший руку Крис ломал и эти планы. У волонтеров были какие-то важные дела в школе, и кроме Криса и Адама на смене оказалась только Рамина, которой в одиночку хватало работы с кошками до самого вечера.
- Минутку, - Джейн быстро скрылась за дверью и через короткое время вернулась, неся в одной руке швабру, а в другой полное ведро воды, - так управимся в два раза быстрее и еще успеем перекусить.

В каморке, в которой хранились чистящие средства, кое какое оборудование, рабочая форма и множество мелочей, которым не нашлось места где-то еще, было довольно тесно. Джейн протиснулась между Адамом и металлической этажеркой с бытовой химией, шагнула к стеллажу и заглянула в лежавшую на одной из полок коробку.
- Давно говорила, что тут нужно ревизию провести. Черт ногу сломит. Так, - она заглянула в другую коробку, выудила оттуда большой плотный фартук,  а потом, будто извиняясь, посмотрела на Адама, - в общем, так как в подобном ты раньше не участвовал, заковывать тебя в костюм  и работать на него я не имею права. В костюме нужно уметь двигаться, он тяжелый и неудобный, а тебе для начала нужно вообще понять, как принимать собаку. Начинающие фигуранты работают только с рукавом, но ничего страшного, без защиты я тебя не оставлю, - она протянула мужчине фартук, - надевай и повернись, я закреплю, - щелкнув застежками, женщина подтянула ремешки так, чтобы защита плотно прилегла к торсу и не болталась, - этого достаточно, чтобы уберечь тебя и твою одежду от когтей. Вот, держи перчатку. Тоже затяни плотно по запястью. А это рукав, собака будет сосредоточена только на нем.  Просовывай руку внутрь. Не тесно в куртке? - заглянув Адаму в глаза, она улыбнулась, - Как вообще себя чувствуешь? Ты видел мои тренировки с Крисом? Имеешь общее представление, что нужно делать?

Отредактировано Jane Trenton (2020-06-06 23:43:30)

+2

7

- Стараться подставлять под зубы рукав, а не все остальное? - Адам повел плечами, оценивая вес водруженной на него амуниции и осторожно повернулся, боясь по неловкости задеть стеллажи. Как бы он не храбрился час назад, заявляя, что не боится предстоящей тренировки, сейчас, рассматривая защитный рукав, в который должны будут вцепиться мощные собачьи челюсти, ему становилось не по себе. Он хорошо мог представить, на что способна разъяренная псина, а Джейн, то и дело напоминая ему о его неопытности, совсем не облегчала ситуацию. Впрочем, женщина, как не крути, была права. Раньше ничем таким заниматься ему не доводилось. Программа по социализации собак, в которой он, сидя в тюрьме, принимал участие несколько лет, была совсем о другом. Её целью было не научить животное нападать, а, наоборот, убрать агрессию. Вот в этой работе Адам был совсем неплох. Так, по крайней мере, говорил куратор, да и сам Прайс понимал, что у него получается находить общий язык с хвостатыми питомцами.
Он хорошо помнил свою первую собаку. Цунами. Рыжая мускулистая махина с изрядной примесью крови питбуля. Весь в шрамах, со старой, давно зарубцевавшейся, но все ещё выглядевшей жутко раной на шее и порванным ухом. Хозяева Цунами какое-то время стравливали его с другими псами, а когда в конец ошалевшая собака вышла из-под контроля, не придумали ничего лучше, как посадить несчастное животное на цепь и морить его голодом, выдавая эту пытку за метод воспитания. Цунами повезло. Его успели спасти. По словам того же куратора программы, оставалось собаке недолго: когда защитники прав животных буквально с боем отбирали пса у бывших хозяев, он уже почти превратился в скелет, но даже в таком состоянии пытался укусить тянущиеся к нему руки. Наверное, именно этот последний факт и заставил Адама попросить доверить ему Цунами. Остаться равнодушным к такому свидетельству отчаянной ненависти и силы духа умирающего животного он не смог. Так и началась их совместная работа - двух абсолютно разных существ, неоспоримо схожих только своим озлобленным недоверием к окружающему миру. В тюрьму пес попал уже выхоженным и упитанным, но внешняя норма лишь подчеркивала тот дикий бедлам, который царил в собачьей голове. Далеко не сразу Адам поверил в то, что сможет справиться. Однако, в конце концов, все получилось и Цунами, признанный успешно пройденным программу социализации, снова отправился в приют, дожидаться новых хозяев. Все такой же сильный духом и храбрый, но научившийся доверять людям. В тот день, как его забрали, куратор сказал Адаму, что тот может гордиться собой, ведь он сделал по-настоящему хорошее дело. Адам и гордился. Особенно потому, что смог научить пса тому, чего сам не умел - доверию к двуногим.
Адам вскинул защищенную рукавом руку вверх, проверяя собственную быстроту. Двигаться в защите было не так уж и просто. Но Крис же как-то справляется. Мысль эта была соблазнительно-успокаивающей. Раз даже такой раздолбай как Крис умудрялся уходить с тренировочной площадки на своих двоих, значит, все было не так уж и опасно, но вестись на это умозаключение и недооценивать угрозу Прайс не собирался. Он чуть нахмурился, пытаясь получше вспомнить, как парень действовал во время тренировок. Сам Адам обычно видел их мельком: времени стоять и зевать, глядя на чужую работу, у него не было.
- Мне придется убегать от собаки или нужно будет стоять на месте? И что за собака вообще?

+3

8

- Да, примерно так, - Джейн хмыкнула и кивнула головой в ответ на короткую рецензию Адама о работе фигуранта. Она хорошо помнила свой первый опыт в тренировке собачьих охранных качеств. Это была группа молодых псов, начальный уровень подготовки, когда требовалось еще только развить у них инстинкт кусать по команде. Тогда она использовала только ухватки и кусалки, но этого было достаточно, чтобы оценить ту мощь, с которой собака может броситься на указанный объект. Джейн, наверное, сама охотнее влезла бы в костюм, чем привлекала к этому человека, не выбравшего дрессировку своей профессией, но тогда она не смогла бы четко оценивать и контролировать действия тандема хозяин-собака со стороны.
- Давай выйдем на площадку, я тебе расскажу и покажу, как нужно будет действовать, - женщина протиснулась мимо Адама в обратном направлении и вышла из каморки, продолжая говорить, - а собака отличная, чистокровный малинуа, Элти, два года. Молодая пара забрала ее у нас чуть больше года назад. Банальная история. Недалекие люди взяли хорошего породистого щенка для охраны склада, а что с этим щенком делать, не имели ни малейшего понятия. В итоге получили истеричного и неуправляемого зверя, - Джейн обернулась на пороге задней двери, чтобы убедиться, что Адам идет следом, спустилась с крыльца во двор и, как обычно, с улыбкой окинула взглядом группу отремонтированных им снарядов, - в общем, она там кого-то покусала и ее привезли усыплять. Хорошо, что ветеринар оказался наш, позвонил сразу в приют, мы забрали. Возились долго, прежде чем решились кому-то отдавать, - она посмотрела на мужчину, усмехнулась сама себе и поспешила добавить, - нет, не переживай, мы уже с ней давно работаем, все в норме, послушание на отлично, агрессию убрали. Иначе бы к охране и не приступили. Тут же дело в том, что собака должна бросаться на фигуранта не потому, что хочет причинить ему боль. Элти собака очень энергичная, ей необходимы тренировки, необходимо чему-то учиться, занимать голову. Она воспринимает это как игру. Малинуа вообще в этом плане очень интересная порода. Знаешь, чем умнее собака, тем больше нужно с ней работать, давать ее мозгу новую пищу. Так же, как с человеком. Недалекому достаточно проводить вечера с бутылкой пива у телевизора, а умному постоянно нужны новые занятия, новые впечатления, новая информация...
Джейн осеклась. Наверное, она могла бы часами болтать о своей работе, вот только нужно ли было это Адаму? Особенно сейчас.
- Так, ладно. Давай к сути, - она отступила на пару шагов и встала лицом к собеседнику, - мы сегодня будем тренировать только выдержку. Ты стоишь на месте, собака сидит или лежит столько, сколько решает хозяин, и бросается только по команде. У Элти с этим бывают проблемы, она рвется действовать. Плюс для тебя - она не любит кидаться на ноги, метит только в верхнюю часть тела, так что ей будет интересен именно рукав. Ну и послушание у нее хорошее, поэтому в девяноста девяти процентах отпускает сразу, - Джейн чуть присела и подняла согнутую в локте руку, - немного согни колени и работай только бедрами, не переноси вес тела на поясницу. Как при прогулке, когда собака тянет, ты отклоняешься назад. Руку держишь на уровне груди, вот так. Когда собака прыгает, самортизируй силу удара, - она подошла ближе, схватила пальцами за рукав, имитируя хватку животного, а свободную руку положила мужчине на плечо, показывая, как двигаться, - чуть прижми к себе и повернись. По началу не торопись, чтобы собака не слетела, а то может травмироваться. И очень важно следить за ее хватом, смотри, чтобы она захватывала полной пастью, а то может повредить передние зубы или, еще хуже, просто упустить нарушителя, - женщина улыбнулась, - уверена, пару прыжков - и ты освоишься. Тогда можно будет действовать жестче. Пытаться стряхивать и угрожать стеком.
Заметив краем глаза движение, она оглянулась и махнула рукой молодому парню, ведущему на коротком поводке стройную длинноногую овчарку. Собака, заметив женщину, вскинула хвост, чуть пригнула голову, слегка припала на лапы, словно собираясь сорваться на бег.
- Том, держи внимание! - крикнула Джейн, - концентрация только на тебе, не на мне. Да, вот и наши ребята, - посмотрела она на Прайса, - в общем, я уверена, что у тебя все получится. И, Адам, по любому твоему знаку мы эту экзекуцию прервем.
Парень с собакой остановились в нескольких шагах. Хозяин отдал команду, собака осталась сидеть на месте, а он подошел к мужчине и женщине.
- Знакомьтесь, это Том, хозяин Элти, - Джейн указала на парня, потом на Прайса, - а это Адам, сегодня с нами работать будет он. Позови ее, пусть подойдет.
- Элти, сюда, - крикнул парень. Собака, вскочив, рысцой подбежала к людям, завиляла хвостом, когда женщина потрепала ее по голове, и сдержанно посмотрела на Адама, принюхиваясь.
- Познакомься и с Элти. Сейчас мы для тебя проведем небольшую демонстрацию. Позволишь, Том? - женщина отошла на несколько шагов, - Элти, ко мне, - собака выросла у ее левой ноги, внимательно заглядывая в лицо, - рядом, рядом. Хорошо, умница. Рядом, - Джейн сделала несколько шагов вперед, развернулась, попятилась, отступила в сторону. Собака неотрывно следовала за ней, не отводя взгляда, - отлично. Сидеть. Лежать. Ждать, - Элти осталась на земле неподвижным изваянием, а женщина вернулась к Адаму, - Схема должна быть такая: ты становишься в метрах десяти, хозяин оставляет собаку на выдержке, подходит к тебе, проходит определенное время, он медленно возвращается и только тогда дает команду "Чужой". Она бросается. Следим за концентрацией, отпуск должен быть мгновенный. На команду "пусти" челюсти сразу должны быть разжаты. Ну что, ты готов?

+3

9

Адам внимательно слушал инструктаж, стараясь загнать вглубь себя поднявшуюся было волну раздражения. Волна эта появлялась всякий раз, когда кто-нибудь указывал ему на то, как поступать и что делать. После долгого тюремного срока любой совет казался Прайсу приказом и ему приходилось то и дело напоминать себе, что он не в тюрьме и рядом обычные люди, а не охранники, каждое слово которых было законом. Обретя долгожданную свободу, Адам ревностно оберегал ее границы и его частенько, а порой и совершенно безосновательно, задевало то, на что другие не обратили бы внимания. У этой медали была и вторая сторона. Та сторона, о которой он читал, но никогда не думал, насколько сильно она может влиять на жизнь. Дорожа свободой, стремясь к ней и ценя возможность выбирать и решать за самого себя, Адам, как оказалось, едва ли не утратил эти навыки. Слишком долго он был зэком, слишком долго за него и решали и выбирали и за это время несчастное его умение самоопределения почти атрофировалось. Насколько у него все с этим плохо Прайс понял буквально на второй день своего освобождения, когда зашел перекусить в ближайшую закусочную. Обычная придорожная забегаловка, каких много всегда и везде, загнала его в тупик своим табло, на котором отображалось меню. Для него, привыкшего есть то, что дадут, даже более чем скромный перечень блюд показался до того разнообразным, что заставил буквально зависнуть, будто бы в головном мозге, словно в сложном механизме, сгорели какие-то важные клеммы. В тот раз Прайс, осознав, что с ним происходит, разозлился на собственную беспомощность и злость эта помогла  шагнуть к кассиру и сделать выбор. Злость, вообще оказалась хорошим стимулом. Правда, теперь она была лишней и Адам пытался о ней забыть. Как оказалось, пытался не зря.
Едва он только увидел собаку, как тут же подумал о том, что не отказался бы и от повторного инструктажа. Адам никогда раньше не сталкивался с малинуа и в его воображение рисовался то ли стафф, то питбуль, но пес оказался похожим на немецкую овчарку. Та же морда, широкая грудь, длинные и сильные лапы, только шерсть короче, да тело, хоть и мощное, но более поджарое. Не нужно было быть великим кинологом, чтобы понять: этот пес создан для быстрых атак. Адам посмотрел на хозяина собаки, кивнул ему, здороваясь, а потом снова перевел взгляд на Элти. Пес, словно понимая, что он теперь главная звезда, сел на зад и зевнул, демонстрируя внушительный комплект зубов. Адам покосился на Джейн, но та уже дала собаке команду и Элти послушно принялся ее выполнять. Прайс отошел от них, отмеряя шагами десять метров, остановился, повел плечами и принялся ждать, мысленно прокручивая в голове только что услышанное от Джейн, а сама хозяйка приюта продолжала давать команду за командой. Уверенным, твердым тоном, так непохожим на ее обычную манеру общения, но от этой твердости Адаму было спокойней. Он видел: Джейн знает, что делает.
Спустя несколько минут ожидания к нему, как и говорила Трентон, подошел хозяин пса.
- Эээ... привет еще раз? - Парень неуверенно улыбнулся, явно не зная как толком говорить с незнакомым человеком, на которого через минуту понесется его пес. - А где Крис?
- Руку сломал. - Адам перевел взгляд на сидевшего в отдалении пса.
- Черт. Не повезло.
Прайс чуть пожал плечами.
- Значит, ты теперь вместо него все время будешь?
- Посмотрим.
Парень снова неуверенно улыбнулся.
- Ну, ладно. Я пошел.
Адам выставил вперед защищенную руку и напрягся, готовясь к нападению. Громкая команда "чужой!" разнеслась над площадкой и на Прайса понесся стремительной стрелой пес. Он налетел на него вихрем, вцепился в защитный рукав, едва не сбив с ног, зарычал, прижимая уши и мотая головой, но тут послышалось "пусти" и собака, как ни в чем не бывало, отскочила в сторону, а потом вприпрыжку понеслась к хозяину, словно ребенок, дожидающийся похвалы от родителя. Адам выдохнул, показал Джейн большой палец, давая знать, что готов продолжать и через минуту все повторилось, чтобы потом повторится еще не раз.
К тому моменту, как тренировка закончилась, Адам чувствовал себя уставшим и вымотанным до того, что мечтал только об одном - избавиться от амуниции и принять душ. Элти, хоть и оказался собакой послушной и толковой, но шестьдесят фунтов живой агрессии, что то и дело врезались в Прайса и повисали на его рукаве, были далеко не подарком. Когда Джейн сказала, что на сегодня хватит, Адам не без радости кивнул ей и, повернувшись, пошел к двери, уже мысленно срывая с себя надоевшую защиту. Но я справился. Это хорошо.

Отредактировано Adam Price (2020-07-03 22:00:16)

+4

10

Джейн нравилось, как проходит тренировка. Адам справлялся на отлично, быстро освоился и вовсе не был похож на живую мишень для собачьих клыков. Казалось, он и сам перестал себя считать таковой почти сразу, и вполне мог бы стать частью тандема, где фигурант и дрессировщик равны по значимости. У него было огромное преимущество перед предшественником - Адам умел думать сам. Навыки Криса же, тоже всегда хорошо справлявшегося со своей задачей, были просто натренированы до автоматизма. Проще говоря, выдрессированы так же, как реакции псов, с которыми они занимались. В свое время, Джейн потратила довольно много сил и внерабочих часов на то, чтобы научить Криса действовать в костюме, и до сих пор ей иногда казалось, что на площадке ей приходится отдавать команды в две стороны: собачью и фигуранта. Адам же смог бы принимать решения самостоятельно.
Резво перемещаясь по площадке, не забывая контролировать и хвалить собаку, ее хозяина и Прайса с его рукавом, Джейн успела запыхаться и чуть охрипнуть, но за то ей не было холодно даже на морозе. Напротив, в ходе тренировки она даже стянула с себя шапку, потом шарф и оставила их висеть на поправленной Адамом еще осенью лесенке. Появился на крыльце с мусорным ведром в здоровой руке Крис, бросил хмурый взгляд в ее сторону и скрылся за углом здания. Показалась в открытом окне второго этажа Пэтти, посмотрела с полминуты, потом зябко потерла плечи руками и закрыла створку. Приковылял дядюшка Люк, постоял, привалившись к горке и попыхивая сигаретой, понаблюдал, щуря глаза, потом тоже незаметно ушел. Джейн бросила взгляд в сереющее небо, потом отдернула рукав куртки, чтобы взглянуть на наручные часы.
- Закругляемся. Том, принимай Элти. Адам, все супер, спасибо тебе большое. На сегодня достаточно. Мы сейчас разберем пару моментов и я тебя догоню, хорошо? - она улыбнулась мужчине, отошла, чтобы забрать шапку и шарф, потом обернулась и посмотрела ему вслед, гадая, каковы же впечатления Прайса от тренировки.
- Ну, как вы считаете, у нас прогресс? - Том отдал собаке команду "лежать", наклонился, потрепал ее по холке, потом выпрямился, глядя на дрессировщицу. Элти, вывалив язык и шумно дыша, продолжала настороженно смотреть на удаляющуюся фигуру Адама, словно в любую секунду готова была вновь ринуться в бой.
- Вы молодцы, видно, что над послушанием работаете и дома. Элти очень нравится процесс, но, не смотря на это, она постоянно ждет твоего сигнала и готова слушаться. Это отлично. Есть небольшая проблема в том, что она слишком увлекается. Каждый раз возвращается и ложится на выдержку так охотно только потому, что понимает: если будет послушной, ей скорее дадут любимую команду. Нужно ее переключать. И сейчас, после тренировки успокоить. Ты принес игрушку, как я просила?
- Да, конечно, вот, - Том вытянул из кармана веревочный разноцветный канат с резиновым мячиком по центру.
- Отлично, займи ее канатом. Пусть начнет его тихо грызть, понемногу остынет, тогда хвали, давай лакомство и можете идти домой, - Джейн наклонилась, чтобы затянуть шнуровку на ботинках.
- А я вот только хотел уточнить. Когда я даю команду "чужой"...
Женщина резко вскинула голову, дернувшись от произнесенного слова. Какого черта, Том, мы же договаривались не произносить... - молнией пронеслось в ее голове, но Элти среагировала на команду еще быстрее. Она уже неслась вслед Прайсу, почти дошедшему до крыльца.
- Элти, назад! - гаркнула Джейн, холодея, и тоже сорвалась с места.
Будто в замедленной съемке собака взметнулась в прыжке, метя в знакомый рукав, зубы скользнули по пластиковой локтевой защите и сомкнулись на куртке сбоку, как раз там, где заканчивалась ткань фартука. Через долю секунды все ее мощное тело врезалось в Адама, сбивая с ног.
- Элти, пусти! - Джейн уже была рядом, схватила послушавшуюся собаку за ошейник и передала хозяину, - возьми ее на поводок! Адам, как ты? - она упала на колени рядом с мужчиной и коснулась пальцами прорванной ткани куртки. Руки слегка дрожали.
- Простите, пожалуйста, я не подумал. Мне так жаль... - затараторил Том.
- Нет, - отрезала женщина, - это моя вина. Я должна была настоять, чтобы ты сразу взял ее на поводок, - она снова наклонилась к Прайсу, - Адам, сильно хватанула? Больше ничего не повредил? Нужно тебя осмотреть. Дойдешь до комнаты отдыха? - женщина протянула руку, чтобы помочь ему подняться, и глубоко вздохнула, стараясь заставить сердце биться поспокойнее.

+3

11

Дойти до двери Адам так и не успел. За его спиной закричала Джейн и он рефлекторно повернулся на ее крик, совсем забыв о сковывающей движения защите. Неловкий из-за толстого фартука, Прайс покачнулся, взмахнул рукой, пытаясь удержать равновесие и вдруг мощный, не пойми откуда взявшийся мускулистый вихрь сбил его с ног. Адам упал на спину. От удара головой о землю перед глазами вспыхнули молнии, а спустя секунду раздалось раскатом грома злобное рычание. Откуда-то издалека, почти перекрытый этим рыком все еще доносился голос Джейн, пытающийся кого-то дозваться и Прайс, оглушенный ударом, удивленно понял, что на него напала собака. Элти рванул его в сторону, пытаясь то ли крепче вцепиться зубами, то ли разорвать, а потом вдруг пропал и серое зимнее небо, что разливалось перед глазами лежавшего навзничь Адама заслонило, лицо хозяйки приюта. Прайс ошарашенно моргнул, пытаясь понять о чем его спрашивают, а потом пришла боль. Она опалила жутким холодом бок и, пронесясь по всему телу стремительной волной,  ударила прямо в мозг, возвращая в реальный мир.
- Блять! - Адам зажмурился, сцепил зубы, не давая хода крику. Он перевернулся на здоровый бок, подтягивая ноги, неосознанно принимая защитную позу, хотя защищаться уже было поздно. - Твою мать!
- Простите! - Проблеял Том испуганным бараном и рванул поводок так, что Элти ударился головой о его ногу. - Вызвать скорую?
- С-с-сука!
Холод  в боку превратился в огонь, вгрызающийся в тело все глубже и глубже. Адам оттолкнул руку Джейн, уебывай, дрессировщица херова! сам запустил ладонь под разорванную куртку и ощутил кончиками пальцев влагу, стремительно пропитывающую рубашку.
- И полицию? - Несчастно добавил Том, тоже заметив кровь. От этого предложения внутри у Адама снова полыхнуло злостью.
- Не надо! - Процедил он сквозь зубы и попытался сесть. Бок тот час же отозвался новой вспышкой боли, но Прайс не сдался. Он кое-как уселся, мотнул головой, пытаясь отогнать назойливый звон в ушах, но словно в отместку вместо звона раздался очередной крик.
- О, господи боже, что у вас тут?!
На задние крыльцо приюта выскочила Пэтти. Женщина окинула взглядом всех четверых, потом увидела разорванную куртку Прайса и растерянность на ее лице тут же сменилась суровой сосредоточенностью. Что-то подобное Адам частенько видел на лицах тюремных охранников и потому ему даже в голову не пришло сопротивлятся, когда Пэтти, наклонившись, принялась расстегивать защиту. Пухлые ее пальцы действовали на удивление ловко. Она оттянула в сторону полу фартука, потянула вниз молнию куртки, быстро, но осторожно задрала вверх окровавленный низ рубашки. Горящую кожу обдало холодом. Адам зашипел, но Пэтти, вскинул голову, посмотрела не на него, а на Джейн.
- Жить будет. Нужно все промыть и обработать. Давай заведем его внутрь.
- Мне вам помочь? - Том неуверенно переступил с ноги на ногу, по-прежнему вцепившись в поводок так, словно от этого зависела его жизнь. Пэтти посмотрела на парня, прищурилась и резко отвернулась.
- Сами справимся. - Она снова наклонилась к Адаму. - Так, я тебе сейчас плечо подставлю, а ты левой рукой опирайся. Джейн, поддержи его со своей стороны.
- Нет. - Прайс хмуро глянул на женщину. От мысли, что его сейчас, словно калеку, поведут под руки настырная бабища и дура, из-за которой его погрыз пес, злость стала еще сильнее. Сцепив зубы и задержав дыхание он медленно поднялся, сделал шаг и оперся о стену свободной от защитного рукава рукой. Перед глазами заплясали разноцветные огни. И какой дебил устроил комнату отдыха на втором этаже?! Адам, согнувшись и закусив от боли губу, побрел внутрь приюта.

Отредактировано Adam Price (2020-06-27 19:49:37)

+4

12

Раздавшееся с крыльца внезапное восклицание заставило Джейн прикрыть глаза и сделать еще один глубокий вдох, призывая себя к спокойствию. Она искренне любила Пэтти, ценила все ее многочисленные достоинства, ответственность, отзывчивость, всегда с доброй иронией относилась к недостаткам женщины, но иногда той становилось слишком уж много. Временами Пэтти совершенно забывала о границах и считала своим обязательным долгом оказаться в гуще любых событий. Во время мытья пола опрокинули ведро с мыльной водой? Только Пэтти знала, как лучше ее собрать. Кто-то по телефону поссорился с домочадцами? Пэтти непременно должна была пожурить за несдержанность. Работника цапнул пес или поцарапала кошка? Конечно, Пэтти тут же должна явиться на выручку, как скорая помощь.
Джейн видела, что Адам злится. Конечно, у него было на это полное право, имелся достаточно веский повод и женщина не могла его винить. Но эта злость передавалась и ей, смешивалась с испугом и чувством вины в какой-то особый взрывной коктейль. Трентон ощущала, что может сейчас взорваться, наорать на перепуганного заикающегося Тома, рявкнуть на Пэтти, чтобы не лезла, когда ее не просят. Какого хрена ты взялась распоряжаться? Это, черт возьми, не первый укус в моей жизни! Это моя ответственность, я разберусь с этим! Где-то внутри себя Джейн была достаточно эмоциональным человеком, но хорошо научилась держать себя в руках. Чтобы контролировать собственные эмоции, ей нужно было контролировать ситуацию.
- Успокойся, Том. Твоя нервозность передается Элти. Не хватало нам сейчас неуправляемой собаки. Идите домой, позже созвонимся, - она поднялась на ноги, удержавшись от того, чтобы подхватить под локоть вставшего с земли Адама. Нахмурилась и поморщилась, видя, как он сгорбился от боли, не желая принимать помощь. Джейн хорошо знала, что такое мужская гордость. Эта гордость уже успела проснуться в ее старшем сыне. Если младший, Билли, все еще искал защиты от всех своих горестей, будь то разбитая коленка или дурной сон, в материнских объятиях, то Дарен яростно протестовал против проявленной к нему жалости или излишней опеки. Он гордо вскидывал подбородок, равнодушно пожимал плечами и заявлял, что все это ерунда и он справится самостоятельно. Кажется, мальчик искренне считал, что уже сам дорос до того, чтобы опекать и маму, и тетушку. Он, тринадцатилетний подросток. Что уж говорить о гордости взрослого мужчины, такого, как Адам.
Он же из упрямства сейчас вот такой сам по лестнице на второй этаж попрется. Зашибись.
- Адам, лучше пойдем в смотровую. Там есть антисептик и вообще, думаю, будет удобнее. Пэтти, - Джейн посмотрела на женщину, желая напомнить той о субординации, - принеси аптечку из комнаты отдыха и стакан воды запить обезболивающе. И посмотри, пожалуйста, найдется ли у нас лед.
Она прошла по коридору, на ходу стягивая с себя пуховик, вошла в смотровую, бросила его на стул и придержала дверь, пропуская внутрь Адама. Это была небольшая комната с высоким столом, шкафом и стеллажом, в которой приходящий ветеринар обычно осматривал и лечил постояльцев приюта. Человеческие лекарства хранились наверху, но все необходимое чтобы обработать рану можно было найти здесь. Джейн завозилась, доставая из ящиков коробку с ватными тампонами, бутылку с антисептиком, чистое полотенце, потом сбросила с себя джинсовую куртку, оставила ее поверх пуховика и, наконец, повернулась к Адаму. Только сейчас она осознала, что все это время опасалась снова увидеть на его лице злость или гнев. Да, кажется тебя действительно выбило из колеи, Трентон.
- Давай снимем это все, - она расстегнула оставшиеся ремни фартука, чтобы его можно было стянуть через голову, потянула тренировочный рукав, освобождая мужское предплечье, и помогла Прайсу выбраться из куртки, - рубашку с этой стороны можно снять? Будет мешать.
Отвернувшись к раковине, Джейн тщательно вымыла руки, снова шагнула к мужчине, аккуратно заткнула полотенце за ремень его джинсов, чтобы не испачкать еще и их, а потом внимательно осмотрела рану.
- Думаю, обойдется без швов. Сейчас промоем... - она смочила ватный тампон антисептиком, поднесла его к окровавленной коже и вздохнула, чувствуя, что теряет всю свою напускную деловитость. Вид крови или поврежденной плоти не пугал ее, но перед глазами вдруг вспыхнуло воспоминание: мальчишка, промывающий в речной воде порез на руке маленькой девочки. Джейн вскинула голову, со всей искренностью заглядывая Адаму в глаза, - мне очень жаль, что это произошло. Прости, что подвергла тебя опасности. Очень эгоистично с моей стороны было заставлять тебя в этом участвовать. Прости.

+3

13

Смотровая встретила его запахом лекарств — едва уловимым, но все равно сумевшим пробиться сквозь пелену боли и злости. Адам шагнул к столу, оперся рукой о его холодную, металлическую поверхность, давая себе передышку. Если бы пришлось добираться до комнаты отдыха — вряд ли бы он сумел туда доплестись: перед глазами уже во всю вертелись, закрывая собой свет, темные пятна, предвещая обморок. Прайс попытался сделать глубокий вдох, но бок тут же отозвался волной жидкого огня и мужчина, принимая правила, заданные рваной раной, стал дышать легче, едва набирая в легкие воздух. Пятна чуть потускнели. Адам развернулся к Джейн. Женщина мыла руки: быстро и четко, в правильном порядке, как моют их врачи и эта профессиональность тоже злила. Прайс прикрыл глаза, давя в себе желание выставить Джейн вон. Он не хотел, чтобы она видела его таким: слабым и уязвленным. И дело здесь было даже не в самой Трентон, дело было в тех животных инстинктах, которые помогали ему выживать уже много лет. Дикий зверь не ищет помощи, не бежит за спасением, зная: стоит только показаться свое бессилие и на тебя тут же нападут — более сильные, здоровые и везучие. И, все-таки, помощь ему была нужна. Хотя бы для того, чтобы избавиться от чертовой защиты, что по-прежнему висела на нем дополнительными фунтами.
Джейн подошла ближе, оказалась совсем рядом, принялась расстегивать экипировку и Адам замер на месте, стараясь ей не мешать. Щелкнули застежки ремней и через секунду он почувствовал в освободившейся руке легкость — приятное ощущение, которое не смогла подавить даже боль в разодранном боку. Джейн сняла с него пропитанную кровью рубашку, заткнула за пояс брюк полотенце и поднесла к ране смоченный в антисептике тампон. Адам напрягся, сжал челюсти, готовясь к очередной болезненной вспышке, но рука женщины замерла в воздухе, так и не коснувшись кожи. Вместо этого Джейн, вскинув голову, заглянула ему в глаза и попросила прощения. Адам застыл. Прощения у него просили редко. Особенно в последние два десятка лет. Так, откуда он выбрался, прощение было редким товаром и потому, как и всякая диковинка, ценилась особенно дорого, а еще, как и всякая диковинка, казалось загадкой, с которой не пойми, как и что делать.
- Ладно. - Адам кивнул, уже не боясь, а желая, чтобы Джейн начала обрабатывать укус и перестала пялиться на него этим своим искренним, просительным взглядом. Уж лучше боль, чем странное, всколыхнувшееся где-то в глубине чувство растерянной и отчего-то мучительной признательности. Женщина, словно прочитав его мысли, принялась за дело и Прайс, дернувшись, зашипел. - Черт.
Дверь в смотровую приоткрылась и внутрь шагнула Пэтти, держа в руках аптечку и пустой стакан. За широкой ее спиной, за миг до того, как захлопнулась дверь, Адам успел рассмотреть бледное, испуганное личико Рэйчел и любопытную физиономию Криса.
- Держите, миз Трентон. Сейчас схожу за льдом. - Пэтти явно не понравился тот строгий взгляд начальницы, которым ее одарила Джейн у выхода на задний двор и теперь, в отместку, она резко протянула той аптечку. Потом подошла к раковине и набрала воду в стакан. - А это тебе.
Женщина сунула в руку Прайса стакан, раскрыла ладонь, на которой лежали два кругляша таблеток.
- Напроксен. Снимет боль. - Пэтти глянула на бок Адама, который стараниями Джейн очищался от крови, и вздохнула. - Могло быть и хуже.
Адам, проглотил таблетки, запил из водой, поставил стакан на стол, а потом скосил глаза на эпицентр пульсирующей боли. Укус, и правда, выглядел не так уж и жутко — скорее глубокие царапины, чем серьезная рана, но болел сильно. К боли в боку начала примешиваться пульсирующая боль в ушибленном затылке. Адам поднял руку, коснулся короткого ершика волос и поморщился — пальцы нащупали шишку.
- Собака хотя бы привита?

Отредактировано Adam Price (2020-07-24 21:29:47)

+4

14

Джейн кивнула в ответ на кивок Адама, улыбнулась ему едва заметно одними уголками губ и, стараясь пока не касаться самих следов собачьих зубов, принялась очищать кожу на его боку от уже начавшей подсыхать крови. Руки почему-то слушались не слишком хорошо и она, видимо, все-таки задела смоченным в антисептике тампоном место прокуса, потому что мужчина дернулся и зашипел. Джейн на мгновение замерла, сжав зубы. Пальцы и мышцы на спине между лопатками неприятно свело от осознания, что ее действия приносят кому-то боль. Наверное, какое-то похожее чувство и отвадило Джейн от желания стать ветеринаром. Резать скальпелем живую плоть, вправлять кости, обрывать жизнь якобы из милосердия, вводя последнюю инъекцию - все это было не ее. Потом, за время работы в приюте она, все же, наловчилась и обрабатывать раны, и ставить уколы и капельницы, и делать перевязки. Все это без заминки или холодка по спине. Только разбираться с ссадинами сыновей все еще было мучительно, словно перенимаешь их боль на себя. А теперь вдруг Адам. Почему именно Адам? Наверное... нет, точно, Джейн знала ответ. Потому что перед ней стоял не просто мужчина, пришедший ниоткуда и занявший свободное место в штате, не просто работник, сосед или знакомый парень из бара. Потому что это был Адам, мальчик с того парада. Потому что они тогда бежали куда-то взявшись за руки, потому что он сорвал для нее подорожник. Потому что они боялись чего-то, жутко боялись. Чего и не припомнишь. Умирали от страха, но поддерживали друг друга. Потому что в ночь после дня благодарения он проводил ее до дома и она, наконец, исполняя то, что хотела сделать еще больше четверти века назад, обняла его и почувствовала, что нечто необъяснимое встало на свое место.
Когда в смотровую вошла Пэтти, Джейн вскинула голову, выныривая из своих мыслей. Она выбросила пропитанный красным ватный ком, вытерла руки салфеткой и взялась за аптечку, выбирая оттуда все необходимое и делая вид, что не обращает внимания на грозовые тучи, в которые демонстративно укуталась адмнистратор приюта. Какой-то своей не самой лучшей частью Джейн даже почувствовала легкое мстительное удовлетворение. Но тут же забыла об этом, когда Адам задал вопрос. Губы женщины чуть дрогнули, а потом она все-таки улыбнулась.
- Привита. Конечно. И от паразитов обработана. Но врачу все равно стоит показаться. И из-за укуса, и из-за головы, - она проследила за тем, как мужчина ощупывает затылок, - сильно ударился? Потерпи, сейчас приложим лед, - Джейн снова склонилась над раной, - а теперь держись, будет щипать.
В дверном проеме снова появилась Пэтти, ничуть не более мирная, чем пятью минутами ранее. Она со стуком поставила на стол миску с вываленными в нее кусочками льда.
- Что-нибудь еще, миз Трентон?
- Да, - Джейн быстро высыпала лед на чистое полотенце, завернула его и передала компресс мужчине, - поищи Адаму что-нибудь надеть вместо его рубашки, холодно же, - она посмотрела на него и только тут осознала по-настоящему, что мужчина стоит раздетым по пояс. И от этого почему-то смутилась. Взгляд против воли с интересом скользнул по подтянутому торсу, намного более подтянутому, чем мог бы похвастаться среднестатистический мужчина чуть за сорок, и остановился на татуировке: колючая проволока в несколько обхватов обвивающая плечо. Джейн раньше ее не видела, татуировка пряталась под одеждой. Почему проволока, Адам? Это ведь что-то о несвободе, разве нет?
Она заставила себя отвернуться, выдавила на кончики пальцев антибактериальную мазь, осторожно нанесла на место укуса, потом заклеила пластырной повязкой и на мгновение накрыла ее ладонью.
- Ну вот и все, - Джейн тяжело вздохнула, вскинула голову и нервно усмехнулась, передернув плечами, - черт. Знаешь... если честно, я жутко испугалась. Давно так не пугалась. Как ты сейчас?

+2

15

Стоило Джейн заговорить о холоде, как Адама и в правду пробило дрожью. Он передернул плечами, только сейчас почувствовав, насколько прохладно в смотровой и тут же поморщился от боли — разодранный бок отозвался очередной вспышкой. Прайс посмотрел на белую пластырную повязку, под которой спрятались оставленные псом глубокие борозды и внезапно словил себя на том, что думает о тюрьме. В первый год там ему казалось, что его обязательно порежут. В фильмах про тюрьму всегда кого-то резали, а весь его маленький запас знаний о новом месте обитания базировался только на фундаменте из голливудских придумок. В этих фильмах постоянно получали заточкой в бок — быстро, безжалостно, порой смертельно. Для себя он ждал того же: в очереди в столовку, на построении, ночью, когда давали отбой и выключали свет. Не потому, что он кого-то разозлил, или кому-то перешел дорогу, а просто потому, что тюрьма - это место, где живет зло, чего еще от нее ждать? Но реальность оказалось другой. Не такой эффектно-кровавой. Хотя все равно безжалостной. За колючей проволокой существовали вещи пострашнее остро заточенной ложки. ВИЧ, туберкулез, даже обычный гнойник мог обернуться бедой таких масштабов, которые на воле и представить себе было сложно. За все двадцать пять лет проведенных за решеткой Адам так и не узнал, каково это — когда тебя вспарывают, словно свинью и ты валишься на пол, корчась от боли в луже собственной крови, безуспешно пытаясь зажать резаную рану. Зато он трижды перенес воспаление легких, а в один из них был свято уверен в том, что не выкарабкается. И вот теперь, оказавшись на воле, он, все-таки, пережил попытку добраться до его внутренностей и заполучил медицинскую повязку на бок. Гребаный парадокс.
Трентон заговорила, отвлекая Адама от мыслей и он посмотрел на нее, уже совсем не чувствуя той злости, которая владела им еще несколько минут назад. Да и как было злиться в ответ на нервную улыбку Джейн и затаившейся в ее взгляде испуг? Внезапно в сознании Адама шевельнулось едва заметное узнавание. Когда-то он это уже видел: и этот испуг и эту улыбку, которая почему-то делала стоявшую перед ним взрослую женщину почти девочкой — неуверенной, потерянной и напуганной. В нос шибануло тиной и илом — затхлыми запахами реки, поднявшимися из глубины памяти. Реки? Похоже, я конкретно саданулся головой, раз всякое чудится. Адам взял ледяной компресс, приложил его к затылку и ощущение холода тут же смыло и не пойми откуда взявшийся запах и ощущения узнавания, захлопнул приоткрывшиеся было ведуще в прошлое двери. Джейн снова стала собой — не маленькой девочкой, а хозяйкой приюта для животных, которая сейчас беспокоилась о своём работнике.
- Нормально. - Прайс, все так же держа компресс, прислушался к себе и понял, что не соврал. С учетом всего случившегося, он сейчас действительно чувствовал себя почти нормально — голова и бок все еще болели, но боль, сдаваясь на милость выпитых таблеток, уже отступала, собираясь спрятаться в каких-нибудь закоулках сознания, чтоб выползти снова через несколько часов. - Могло быть и хуже.
Адам выпрямился, оставляя стол, который до этого служил ему опорой и, спустя миг убедившись, что может стоять сам, а настырные цветовые сполохи, до этого крутившиеся перед глазами и не думают появляться опять, шагнул к окровавленной рубашке.
- Не бери в голову. - На Джейн он не смотрел. Ему все еще было не по себе и от ее просительного взгляда и от заботы. - Пройдет.
Адам взял рубашку, подумал было надеть ее как следует, но тут же передумал. Осторожно, чтобы не потревожить растерзанный бок, он накинул ее на плечи и услышав, что дверь открылась, повернулся, ожидая увидеть Пэтти. Вместо нее на пороге смотровой оказались двое ребят.
- Мам? - Младший из двоих быстро нашел взглядом Джейн и, широко улыбнувшись, кинулся к женщине. - Мам, вот ты где. А мы тебя искали.
Второй, старший, уставился на Адама. Взгляд мальчишки вперился в кровавое пятно на рубашке и застыл там, словно приклеившись к нему.
- Мам, а Дарен плохое слово сказал! То, которое на "б". Наругаешь его?

+2

16

Действительно, могло быть и хуже. Джейн снова передернуло от мысли, какими могли оказаться последствия нападения охранной собаки. Адама защитило то, что он вовремя повернулся, сводя серьезный укус к глубоким царапинам. А еще его выручила куртка, помешавшая собачьим клыкам глубже вспороть кожу. Могло быть и хуже. Могла быть другая собака, а не дисциплинированная и натренированная Элти, могла быть глубокая рваная рана, могла быть большая потеря крови, могло случиться что угодно. Джейн прикрыла глаза, глубоко вдохнула и медленно выдохнула, прогоняя короткую вспышку ужаса. Адам, хоть и ценой целости собственного бока, преподнес ей урок, а женщина всегда ценила уроки. Теперь, после окончания занятия, она непременно будет убеждаться, что каждая собака сразу взята на поводок и не вырвется.
Джейн осталась на месте, наблюдая за действиями мужчины, отошедшего от стола и взявшегося за испачканную в крови рубашку. Она хотела проследить за тем, как он двигается и понять, что он чувствует, скрывая под своим сухим и ничего не значащим "нормально", но ее взгляд помимо воли скользнул теперь по голой мужской спине и Джейн усмехнулась самой себе, почти фыркнула вслух, качнула головой и отвернулась. Почти сразу вслед за этим дверь в смотровую распахнулась, впуская внутрь ее сыновей.
- Мальчишки! - женщина улыбнулась широкой радостной улыбкой и прижала к себе обхватившего ее за талию младшенького, стараясь не коснуться его вымазанными в крови и антисептической мази ладонями, - Наругать Дарена? А ну ка посмотри на меня, Билли, - она склонила голову на бок, - ты действительно хочешь, чтобы я ругала твоего брата?  - она перевела взгляд на старшего сына, - что случилось то?
- Энн вызвали в школу, что-то срочное, - Дарен моргнул и посмотрел на мать, - мы нормально могли бы и сами дома посидеть, но она все-равно сюда ехать заставила. Скажи ей, что я могу присмотреть за Билли и мне самому няньки не нужны.
- Ты же сам хотел зайти как-нибудь на днях, разве нет? Не думаю, что Энн сомневается в твоей ответственности или самостоятельности, Дар, - Джейн покосилась на Адама, и добавила, подтрунивая - взрослые и ответственные люди, кстати, здороваются, когда входят.
- Извините, - мальчик на секунду закатил глаза, - здравствуйте.
- Знакомься, Адам: этот вежливый молодой человек - Дарен, а это Билли.
- Адам? - младший с интересом посмотрел на мужчину, - Адам-который-классный-и-круто-сделал-площадку?
- О да, Билли-который-сдает-всех-с-потрохами, это именно он, - Джейн рассмеялась и отошла к раковине, чтобы вымыть руки.
- А почему ты так рубашку надел? А что случилось, ты поранился? А мама сказала, что им очень повезло, что ты в приют работать пришел.
- Ты слишком много болтаешь, Билл, - старший мальчик скрестил на груди руки, осуждающе  и чуть свысока глядя на брата.
- Да, Билли у нас оратор от бога, - Джейн, хмыкнув, протиснулась к двери, на ходу чмокнув Дарена в макушку, - я на минутку, сейчас вернусь.
В коридоре царила гулкая тишина, как будто из приюта все разбежались. Женщина быстро вышла в холл и огляделась в поисках Пэтти, обернулась, когда входная дверь открылась, но вошла не администратор, а Крисс, который нес в здоровой руке какой-то темно-синий матерчатый сверток.
- Вот, держи, Пэтти сказала, Адаму нужно что-то надеть. Я нашел толстовку в машине.
- Спасибо, Крисс, должно быть впору, да?
- Вроде да, она мне великовата. Не сильно его Элти потрепала?
- Не бери в голову, пройдет, как говорит он сам, - Джейн улыбнулась и бросила уже уходя, через плечо, - спасибо!
В смотровой ее снова встретил звонкий мальчишеский голос:
- А когда ее ротвейлер покусал, там кровищщи было вот столько! Целая лужа. Нет. Озеро. И швы накладывали. А она даже не плакала.
- Ну что, я успела прийти до того, как выдали все мои профессиональные тайны? - Джейн подмигнула Дарену и протянула Адаму толстовку, сложив ту так, чтобы он сразу мог продеть голову в ворот, - держи. Новую рубашку и куртку буду должна. И выходной. Столько выходных, сколько тебе будет нужно. Вообще, если что-то нужно, обязательно говори.
- А у нас какие планы? - осведомился старший мальчик.
- Ну... Если Адам позволит, я бы хотела подвезти его к врачу и убедиться, что все в порядке, а после подбросить домой. Что скажешь? - посмотрела она на мужчину.
- А когда Адам поправится, придет починить у нас крышу на чердаке?
- С чего ты это взял, интересно?
- Ну ты же сама сказала, мама, что он все умеет лучше всех.
- Какое ты трепло, Билл, - пробурчал себе под нос Дарен и снова закатил глаза.

+2

17

На чердаке было сумрачно. Короткий зимний день уже подходил к концу и робкий солнечный свет растекался на полу под окном лужицей, бессильный осветить хоть что-нибудь. Висящая под потолком голая электрическая лампочка справлялась с этой задачей не намного лучше, но Адам, чьи глаза уже успели привыкнуть к полутьме, не жаловался. После улицы чердак казался ему почти раем. Просидев на крыше дома Трентон несколько часов, он успел пожалеть о том, что так легко согласился помочь своей начальнице с ремонтом. Поначалу ему все даже понравилось: и ощущение свободы, которое способна подарить только высота, и ширь неба, и открывающийся с крыши вид на соседние дома, но мороз быстро сделал свое дело, пробравшись под одежду, и все красоты очень скоро потеряли для Адама свою ценность. Сложно любоваться пейзажами, когда руки немеют от холода, а собственная задница превратилась в кусок льда. Но теперь, заделав трещины на черепице и променяв неуютную крышу на вполне себе уютный чердак, Прайс уже начал забывать о холоде и мысли его направились в иное, отличное от мечты хоть как-то согреться, русло.
В целом, работа оказалась несложной. По крайней мере, намного проще, чем подумал Адам, когда впервые оказался на чердаке Джейн. До этого ему не приходилось промышлять ремонтом крыш и где-то внутри мужчины копошилось неприятное предчувствие, знакомое каждому, кто замахнулся на  неразрешимую задачу. Однако, проблема оказалась, в общем-то, пустяковой: несколько трещин в старой черепице, да пару прогнивших от влаги досок, которыми был обшит чердак. Темные, набухшие от многолетней влаги, они лежали сейчас в самом углу переломанной грудой, дожидаясь, когда их вынесут из дома и выбросят, а на их прошлом месте уже красовались другие: чистые, гладкие, источающие уютный аромат древесины. Адам наклонился за последней доской и поморщился: бок все еще болел, напоминая о себе при каждом резком движении. Прайс приладил доску на нужное место, закрывая кусок утеплителя, и вдруг услышал детский голос.
- А я когда вырасту, тоже буду крыши чинить.
Адам повернулся и увидел торчащую из чердачного люка голову Билли. Мальчишка улыбнулся и помахал ему рукой, от чего сердце Прайса испуганно екнуло. Он положил доску.
- Тебе не говорили, что забираться на высокие лестницы одному опасно? Стой на месте!
- Я хорошо лазю. - Беззаботная улыбка Билли стала еще шире и мальчишка, поднявшись на следующую ступень, высунулся из люка на половину. Адам тут же подхватил его подмышки, поднял и, отступив от проема, опустил на пол.
- А ты уже все сделал? - Младший Трентон деловито подошел к груде старых досок.
- А тебе разрешили сюда подняться одному?
- Я сам себе разрешил. - Билли посмотрел на мужчину и решив, что основание для визита прозвучало не слишком весомо, тут же добавил. - Я уже большой.
Прайс хмыкнул. Мальчишка ему нравился. Любопытный и бойкий, не в пример своему старшему брату, Билли, по бог весть какой причине сразу признал Адама за близкого друга и вел себя соответственно, щедро осыпая его вопросами и ничуть не стесняясь.
- Хочешь, помогу тебе спуститься?
- Неа. - Билли отрицательно мотнул головой. - Там скучно. Мама в магазин уехала. Энн спит. Она всегда любит спасть, когда по телеку всякую природу показывают.
- Поиграешь с братом.
- Неа. - Мальчишка грустно вздохнул. - У него хмурочас.
- Хмурочас? - Адам, подняв доску, удивленно посмотрел на своего маленького собеседника.
- Ага. Это Энн так говорит. Когда Дарен вот такой. - Билли нахмурил брови, поджал губы и глянул на мужчину исподлобья. - Это значит, что у него хмурочас и лучше к нему не ходить. Он тогда закрывается у себя на замок. И даже играть совсем не хочет.
- Хм... - Адам снова подошел к бреши в отделке. - Ясно. Хочешь мне помочь?
- А можно? - Билли, разом растеряв весь свой хмурый вид, просиял ярче весеннего солнца.
- Молоток подай.
- Ты будешь эту доску приколачивать? Чтобы дождь сюда не попадал, да? - Мальчишка, подняв молоток с такой осторожностью, словно тот был из стекла, поднес Прайсу инструмент. - Энн говорила, что мы весной поплывем, потому что крыша дырявая. А теперь она не дырявая, да? Теперь мы не поплывем?
- Не поплывете. Гвозди тащи. Вон те. В коробке.
- Билли!
Билли, застыв от резкого окрика на месте, вытаращился на показавшегося из чердачного люка старшего брата.
- Билли, какого черта ты тут делаешь?! - Дарен сел на край люка, перекинул ноги через проем и поднялся, сверля мальчишку тяжелым взглядом.
- Я тут помогаю.
- Тебя Энн по всему дому ищет. - Старший, едва глянул на Прайса, шагнул к младшему. - Сколько раз тебе говорить, что нельзя...
Внезапно Дарен осекся, вцепился взглядом куда-то за брата, вверх, к самой крыше. Глаза его расширились, кадык нервно дернулся, словно парень подавался словами. От мальчишеского лица разом отхлынула кровь. Адам быстро глянул туда же, но не увидел ничего, кроме старых стропил. Какого хера? Прайс повернулся к парню, который, не отрывая взгляда от чего-то, видного только ему, пятился к люку.
- Стой! - Адам кинулся к мальчишке, схватил его за руку, потянул на себя, заглянул в перекошенное от ужаса лицо. Он боится! Черт, да он же боится! Напуган до усрачки! - Эй. Ты чего?

Отредактировано Adam Price (2020-08-21 21:46:40)

+2

18

Припарковав серебристый минивэн на подъездной дорожке, Джейн выбралась наружу, открыла багажник, кое как достала оттуда два больших пакета продуктов, купленных только что в супермаркете и, изловчившись, умудрилась нажать на кнопку пульта от автомобильной сигнализации. Почуяв хозяйку, откуда-то с заднего двора вылетел мускулистый, устрашающего вида стаффорд, способный привести в ужас любого непрошеного гостя даже не смотря на то, что свои огромные зубы он демонстрировал исключительно в обаятельнейшей улыбке. Следом за Арни семенил на коротких лапках, забавно виляя пухлым задом, корги Дарена, Фили, и из этих двоих именно малыш корги был главным. Собаки обступили женщину, желая выразить радость от встречи и с интересом принюхиваясь к содержимому пакетов. Джейн, едва не споткнувшись о чью-то лапу, поднялась по лестнице на крыльцо.
- В сторону, ребята. Спокойно. Иначе я сейчас все выроню и кто-то обязательно вымажется в кетчупе, как в тот раз.
Она нажала локтем на ручку двери, подтолкнула дверь бедром и вошла в дом. Псы успели юркнуть следом, провели хозяйку до порога кухни и смирно улеглись там: дальше ход им был запрещен. Джейн поставила пакеты на стол, охнула, расправляя плечи, и принялась деловито раскладывать покупки, что-то пряча в холодильник, что-то в шкаф, а что-то оставляя на кухонной рабочей поверхности для будущего ужина. Планы на ужин у нее были довольно серьезные, ведь сегодня она планировала усадить за вечернюю трапезу не только мальчишек и тетушку, но и Адама, весь день провозившегося с их крышей. Зная характер этого упрямца, Джейн уже готовилась к долгим уговорам, но отпустить мужчину, не накормив его нормальной едой, не могла и не собиралась. Она помнила, с каким аппетитом он уплетал выставленные на стол в День Благодарения блюда, в том числе и ее запеканку, помнила и чувство, которое тогда зашевелилось у нее внутри: смесь дружеского сочувствия, желания позаботиться и чего-то еще, неуловимого и безымянного. Страх, испытанный ею, когда в бок Адама вцепилась собака, эти чувства только подогрел и в какой-то степени Джейн была благодарна детской непосредственности своего младшего сына за то, что у нее появился серьезный повод пригласить мужчину в свой дом.
Женщина доставала организацию с приправами, когда звук открывшейся двери заставил ее обернуться.
- А, Энн. Ты вроде собиралась вздремнуть?
- Вздремнешь тут, - тетушка фыркнула, прошла в кухню и остановилась, уперев руки в бока так, как часто делала ее племянница в минуты раздражения, - С Билли невозможно  и на секунду глаза прикрыть. Сидел себе, играл на ковре перед телевизором, а потом как телепортировался куда-то.
- И где же он оказался? - Джейн улыбнулась, прекрасно зная, каким бойким и непоседливым бывает ее младшенький.
- На чердак полез, к Адаму, представляешь. Дарен его нашел. Я их голоса со второго этажа слышала, хотела подняться, но увидела в окно как ты подъехала. Так что иди, мать, сама разбирайся со своими детьми.
- Подожди, - Джейн удивленно уставилась на Аннабель, - Дарен залез на чердак? Сам? Он же никогда туда не поднимается, Энн. Он ведь всегда... - она нахмурилась, пытаясь подобрать определение.
- Знаю. Поэтому и говорю, иди сама.
- Ладно, - Джейн запустила пятерню в волосы и оглядела покупки, - начнешь пока тут? Я купила рыбное филе, запечем его в духовке. Потом овощи на салат... и рис отварить. Нормально?
- Отлично.  Не переживай, гостю понравится, - тетка отвернулась, пряча ухмылку, а Джейн, не обратив на это внимания, уже вышла из кухни и начала быстро подниматься по лестнице.

Мальчик, будто разбуженный мужским окриком от дурного сна, вздрогнул, взгляд его оторвался от стропил крыши, метнулся к лицу Адама, впивался несколько секунд в его глаза, потом брови Дарена сошлись над переносицей, он резко шагнул в сторону, вырывая руку из мужских пальцев, оглянулся на люк в полу, в который пару мгновений назад мог бы упасть, а потом снова посмотрел Адаму в лицо.
- Они зашевелились. Никогда раньше не шевелились, просто висели, а теперь... - его дрожащий голос прозвучал осуждающе, как будто и Прайс, и Билли, и все вокруг оказались в чем-то виноваты, в чем-то, что уже нельзя будет исправить.

- Дарен? - Джейн, услышав голос сына, прибавила скорости, взлетела по последнему пролету, взобралась по лесенке, ведущей на чердак, и выглянула из люка. Сердце у нее тревожно билось о ребра, - у вас тут все хорошо, ребята?
- Я же говорил, что не надо сюда лезть! - мальчик обернулся к матери, - я же говорил, пофигу на эту крышу, пусть гниет! Пусть весь этот дурацкий дом сгниет, так будет только лучше! Вы нихрена не понимаете!
- Дарен, - Джейн, выбравшись из люка, попыталась обхватить сына за плечи, но тот отшатнулся, нырнул вниз по лестнице, спрыгнув почти с ее середины, пробежал по коридору и хлопнул дверью свой спальни.
Джейн сглотнула, глубоко вздохнула, стараясь взять себя в руки, обвела взглядом стены со свежими досками, застывшего в испуге Билли, задержалась на Адаме и произнесла чуть охрипшим голосом:
- Прости за эту сцену, мы... - она закусила губу и, не найдя что добавить, опустилась на деревянный ящик и потерла лицо ладонями, - господи, как же я устала.
Билли, все еще неподвижно стоявший широко открыв глаза, осторожно потянул Адама за рукав, вынуждая того наклониться, а потом зашептал ему в ухо, прикрывшись ладошкой:
- У нас Дарен просто видит привидений. Только это большой-большой секрет. Никому не говори.

+2

19

Сцена сменилась за секунду. Казалось, еще миг назад Адам держал за плечо перепуганного насмерть мальчишку, как тот уже пропал, едва ли не сиганув в люк, а его место заняла Джейн: растерянная, уставшая и, похоже, смущенная. Прайс и сам чувствовал себя смущенным, словно только что пытался присвоить себе чужую вещь и был пойман с поличным. Разыгравшаяся на чердаке сцена: паника Дарена, испуг Билли, бессилие их матери - все это не предназначалось посторонним и было слишком личным. Адам отвел от женщины взгляд и тут почувствовал как его тянут за рукав, привлекая внимание. Он покосился на Билли, склонился к нему и ухо тут же защекотал громкий детский шепот. Видит призраков? Секрет? Мужчина посмотрел на Билли, удивленно приподняв бровь. В глазах мальчишки - серьезных и грустных, не было и намека на шутку. Адам медленно кивнул, выпрямился и замер, не зная ни что сказать, ни что сделать. Снизу загрохотала музыка. Что-то неразборчивое, тяжелое и мрачное - Дарен, похоже, не собирался сидеть в тишине.
Адам снова посмотрел на Джейн и понял, что видел её такой надломленной впервые. Обычно дружелюбная и неунывающая, она казалась ему неизменной в своем оптимизме, но теперь осознание того, что жизнь Джейн может быть далеко не так проста и безоблачна, какой она виделась ему, резануло неожиданно глубоко. Утонув в собственных бедах и проблемах, он напрочь забыл о том, что счастье - птица мифическая и редко кому удается схватить ее за хвост. Даже всегда жизнерадостной владелице приюта для животных. Мать одиночка. За плечами как минимум две неудавшиеся попытки создать полноценную семью. Что на самом деле пряталось за этими фактами и какая боль скрывалось за теплой, так раздражающей его первое время улыбкой? Одиночество? Страх? Болезнь старшего сына?
Прайс переступил с ноги на ногу, чувствуя себя слоном в посудной лавке. В утешениях он был плох, как и в словах поддержки.
- Кхм... - Он отступил назад, в который раз поднял с пола злополучную доску и досадуя на собственное косноязычные, продолжил, стараясь говорить, как обычно. - Я почти разобрался с крышей. Одна доска - и все.
- Мам, а я ему помогал! - Билли, встрепенувшись, подбежал к женщине, заглянул ей в лицо, дожидаясь реакции на новость. - Правда, Адам?
- Правда. - Прайс кивнул, радуясь, детской непосредственности мальчишки. Будь Билли на пару лет старше вряд ли бы он так быстро смог бы отвлечься от выходки своего старшего брата. Выходка? Нет. Не то слово. Это была не просто выходка. Не каприз. Он был напуган. Блин, да он был в ужасе. Такое не сыграешь.
- И теперь у нас крыша совсем не дырявая и мы совсем никуда не поплывем весной. Да, Адам?
- Верно. Ну и что это тогда было? Галлюцинация? Бред? Что он увидел?  "Они зашевелились. Никогда раньше не шевелились..."
- Это хорошо, да, мам? И это я тоже сделал. Я молоток носил и... ой! - Билли быстро повернулся к мужчине. - А гвозди еще нужны?
- Тащи.
Мальчишка бегом кинулся к сумке с инструментами, возле которой лежала коробка с гвоздями. Запустил туда руку, зажал в кулачке несколько штук и вприпрыжку вернулся к Адаму.
- Вот.
Прайс наклонился к мальчику, встретился с его взглядом, все таким же серьезно-грустным и понял, что вся веселая беззаботная  болтовня Билли - напускное. Он просто пытается успокоить мать. В свои четыре года. Не ждет утешений, а пытается утешить сам. Такая чуткость от легкой жизни не появится.

Отредактировано Adam Price (2020-08-29 21:13:56)

+2

20

Джейн вскинула голову, чтобы посмотреть на своего младшего сына и встретилась со взглядом его голубых глаз. В их маленькой семье, живущей под этой крышей, только у Билли были светлые глаза. В отца. И в него же пока еще совсем светлые русые волосы. Билли вообще был светлым ребенком, будто лучащимся изнутри, и Джейн так ужасно боялась однажды заметить, как этот свет понемногу начинает меркнуть.
- Ты моя умница, - она обхватила его руками, притянула к себе, чмокнула в макушку, а потом отпустила, наблюдая за тем, как деловито он возится возле сумки с инструментами и топает к Адаму с таким видом, как будто совершает сейчас самую главную на свете миссию.  - вы оба молодцы, - она перевела взгляд на мужчину, - я не думала, что выйдет так быстро. Мне казалось, что тут уйма работы. Здорово, что весенний заплыв отменяется, но тут и в сухие дни как-то странно собирался конденсат, чуть ли не лужами на полу. Теперь и зимняя борьба с плесенью отменяется. Здорово же, - женщина преувеличенно бодро улыбнулась и поднялась на ноги. Взгляд сам собой скользнул вверх, в полумрак, к стропилам, но она одернула себя, напоминая, что все равно ничего там не увидит.
- Так, раз вам осталось совсем немного и вы так хорошо сработались, оставлю, пожалуй, вас вдвоем заканчивать с последней доской, а где-то через полчаса жду за столом на ужин. Ты ведь поужинаешь с нами, Адам? - она посмотрела на мужчину вопросительно, желая услышать не только ответ на свой вопрос, но и понять, не будет ли компания Билли для него утомительной.
- После большой работы всегда надо хорошо покушать, - вставил мальчик, - Энн всегда так говорит.
- Правильно. А ты, как хозяин дома, проводи нашего гостя в ванную и проследи, чтобы у него было чистое полотенце, хорошо?
- Ага, - Билли кивнул, гордый возложенной на него миссией и вскинул голову, улыбнувшись своему новому взрослому другу.
Джейн тоже бросила короткий взгляд на Адама, потом шагнула к люку и спустилась по ступеням подъемной лесенки вниз. Она прошла по коридору и остановилась у комнаты Дарена, из-за двери которой гремела тяжелая музыка. Жещина прижалась лбом и ладонью к деревянной поверхности и прикрыла глаза, словив себя на мысли, что уже и не помнит, когда в последний раз ее старший сын слушал веселые детские песенки. По опыту она знала, что сейчас его трогать не нужно, и как бы не хотелось войти и попробовать поговорить с ним, нужно сдержаться и дать ему немного времени. Поэтому Джейн несколько раз глубоко вздохнула и заставила себя спуститься вниз и заняться приготовлением ужина. Она поговорит с сыном, но потом, когда дом погрузится в дремотную тишину и никто им не помешает.
К тому времени, когда они с Энн уже накрывали на стол, а Билли с деловым видом показывал Адаму, на каком стуле тому удобнее всего будет устроиться, в кухню вошел Дарен, остановился на пороге и вынул руки из глубокого кармана батника. Он заговорил, не глядя ни на кого прямо, но больше повернувшись в сторону гостя.
- Кхм. Я тут сегодня не выспался и чего-то психанул. Прошу прощения, короче, - мальчик занял свое место за столом, а Джейн вынуждена была отвернуться и изо всех сил закусить губу, чтобы не дать прорваться наружу раздирающим ее изнутри чувствам гордости, признательности и сострадания к этому уже совсем взрослому человеку, который каким-то чудом достался ей в сыновья.

Ужин прошел спокойно. Аннабель ненавязчиво задавала Адаму вопросы на нейтральные темы. Билли болтал о новом  выпуске какого-то шоу, который хочет посмотреть сегодня по телевизору. Дарен был занят своей порцией и Джейн с легким облегчением отметила, что на отсутствие аппетита он, вроде бы, не жалуется. Потом мальчишки взялись загружать грязную посуду в посудомойку, а женщина подошла к старенькой кофеварке.
- Адам, ты кофе с молоком пьешь? И сахара сколько? - она засыпала нужное количество порошка и нажала на клавишу, но кофеварка сделала вид, что этого не было. Джейн фыркнула, ударила по ней сверху кулаком и только тогда машина зажужжала. Дождавшись, пока наполнятся две кружки, женщина протянула одну Адаму.
- Посидим немного снаружи? - она кивнула на пару безразмерных курток, висящих у задней двери, накинула одну на плечи, а вторую предложила мужчине. Потом взяла две лежавшие в углу подушки, вышла, пересекая маленькую веранду, и бросила подушки на ступень лестницы, спускающейся на задний двор. Женщина села и обхватила горячую кружку, грея руки сквозь рукава свитера.
- Как твой бок, не стало хуже? - посмотрела она на Адама, - и спасибо тебе за помощь. Не знаю, когда бы я собралась, если бы...
Она вздохнула и замолкла, глядя теперь куда-то сквозь стену, отгораживающую двор от соседей. Именно эту стену избивал теннисным мячом Дарен, когда ему не спалось ночами. Она переживала за него ужасно, но, почему-то, в присутствии Адама ей становилось спокойнее. Почему-то. Лист подорожника. Рука мальчишки, споласкивающая в реке ее ладонь... Джейн зажмурилась и тряхнула головой.
- Это я ему сказала, что взрослый человек находит в себе силы признавать свои ошибки и извиняться, - вырвалось у нее против воли, - Дарен слишком хорошо это запомнил. А ведь он должен еще быть ребенком и он имеет полное право искать защиты, помощи. И ему совершенно не за что просить прощения. Другие хулиганят, капризничают, конфликтуют с родителями... Откуда в тринадцатилетнем мальчишке  берется эта... ответственность? - она еще какое-то время помолчала, потом снова посмотрела на Адама, - почему мальчишка в четырнадцать решает убить свой день на потерявшуюся малолетку?

+2

21

На улице было темно. Свет висевшего над дверью фонаря ложился на крыльцо ровным, размытым по краям овалом, лишь подчеркивая царившую кругом черноту - уютную и бархатистую. Горячая кружка с кофе жгла ладони и Адам, поставив ее на перила веранды, покосился на свободную подушку, лежащую рядом с Джейн, но с места не сдвинулся. Сделал глубокий вдох, втягивая в себя морозных воздух, поежился, чувствуя, как чужая куртка давит в плечах, напоминая о том, что он здесь всего лишь гость. Впрочем, гость желанный. Адам впитывал в себя это ощущение целый вечер: читал на довольной мордахе Билла, различал в словах Энн, видел в улыбке Джейн. Непривычное, направленное на него чужое радушие, интимно-семейное, доверительное, заставляло тревожиться. И хотя он знал, что положено говорить и как надо себя вести, за всем этим была не уверенность, а шаткая растерянность теоретика, впервые проверяющего свои знания на практике. Единственным, кто не собирался делать ему скидок и авансов, предсказуемо оказался Дарен. Хотя и тут, Адам это понимал, дело было не в ненависти к гостю, а в чем-то другом, в том, к чему имела отношение разыгравшаяся на чердаке сцена, про которую за столом никто больше не вспоминал. По крайней мере в слух. И, все-таки, было заметно: каждый в этой маленькой семье подспудно думает о том, что случилось. Думал и Адам, заставляя себя не пялится на  старшего мальчишку, молчаливого, смурного и казавшегося невероятно уставшим. Смотрела на сына и Джейн. Прайс несколько раз перехватывал ее тревожный взгляд и гадал о том, а замечает ли она сама, как на нее точно так же то и дело смотрит сидящая во главе стола Энн.
Джейн, словно прочитав его мысли, заговорила о сыне. Адам повернулся к ней, заглянул в освещенное фонарем лицо и прочитал на нем все ту же тревогу, но на этот раз куда более открытую, не прячущуюся за желанием подбодрить и успокоить собственных детей. К тревоге примешалась боль и растерянность и Прайс снова подумал о том, насколько он не знает эту женщину. На работе она была другой: уверенной, жизнерадостной и вряд ли кто-то из сотрудников догадывался, кроме, разве что, самых близких друзей, какой ранимой она может быть. Я тоже теперь знаю. Почему же ты решила мне это показать, а, Джейн? Почему доверяешь? Потому что так совпало и рядом больше никого нет? Потому что страх стал сильнее желания держать все под контролем? Внутри что-то кольнуло.
- Не помню. - Адам взял в руки кружку. - Этому мальчишке уже давно не четырнадцать. Но есть у меня одна теория, претендующая на истину.
Прайс, в два шага оказавшись рядом с женщиной, опустился на ступеньку. Места было мало: они сидели, соприкасаясь ногами, но привычное стремление Адама сохранять за собой личное пространство сейчас даже не пикнуло.
- Может быть потому, что у этих ответственных мальчишек хорошие матери, м? - Он отпил из кружки и, усмехнувшись, посмотрел на Джейн, словив себя на том, что хочет, чтобы она улыбнулась в ответ - искренне, уверенно и тепло, как умела улыбаться из его знакомых только она одна. - Я уверен, что дело в этом. За каждым хорошим поступком мальчишек стоят их хорошие матери. Так или иначе.
Да. Так или иначе. Адам отвел взгляд, посмотрел на носки ботинок, к которым подступала ночная темнота. Все, что во мне было хорошее, это от тебя, мам. Я хотя бы раз тебе про это говорил? Наверное, нет. А должен был. Должен был говорить снова и снова. Изнутри, как и каждый раз, когда он думал о матери, накатила острая, разрывающая боль. Но на этот раз было в ней что-то еще. Пока еще неопознанное, неосмысленное, что-то, что заставило говорить Адама дальше. Сколько раз его мать вот точно так же волновалась за него, как Джейн за Дарена? Сколько раз не находила себе места? Сколько раз винила себя за поступки и решения собственного ребенка? Кто подсчитает. Одно Прайс знал точно: каждый раз, когда это случалось, она так и не услышала слов поддержки от своего сына.
- Ты хорошая мать. -  Он опять заглянул Джейн в глаза. - Просто запомни это. Да, я в курсе, что я всего лишь человек со стороны, но такие вещи видны сразу. Особенно тому, кто сам был мальчишкой, готовым убить свой выходной день на потерявшуюся малолетку. Ты хорошая мать.

Отредактировано Adam Price (2020-09-05 02:08:03)

+2

22

Кофе в кружке дымилось, создавая в подсвеченном фонарем воздухе причудливые спирали, сливавшиеся с облачками пара, вырывавшимися изо рта при каждом вздохе. На улице было холодно, совсем по-зимнему. Перила, дорожка и земля искрились от измороси. Джейн успела мельком подумать о том, что пройдись они сейчас по газону и заиндевевшая трава захрустит, словно покрытая сахарной глазурью. Какой-то ее части захотелось так и сделать, как в детстве отдавшись глупой забаве, топтать замерзшие лужи, соскребать наледь с голых веток. Адам опустился рядом, коснувшись ее плечом и ногой, и женщина почувствовала, как ей становится теплее, будто он закрыл ее от промозглого ветра.
Мужчина заговорил, и Джейн посмотрела на него, удивленно вскинув брови. Он говорил о ней, но и о себе немного тоже, впервые за все их знакомство приоткрывая хотя бы на дюйм тот покров, которым плотно занавесил свое прошлое. Матери. Хорошие матери. Хорошая мать, которая научила его состраданию, ответственности, трудолюбию. Мать, которую он, без сомнений, очень любил, о которой был высокого мнения, а теперь, похоже, приравнивал к ней и Джейн.
Ты хорошая мать...
Женщина прерывисто выдохнула и отвернулась, спешно собирая из уголков глаз неожиданно выступившие слезы. О, совсем расклеилась, идиотка. Стыдно то как. Она сомневалась, что действительно заслужила это звание, но, Господи, как же приятно было такое слышать. Особенно от Адама, который ценил слова на вес золота. Ей часто говорила подобное и тетка, и подруги, и хорошие знакомые, но именно от этого человека услышать такие слова оказалось особенно весомым.
Она беззвучно рассмеялась над своей слишком эмоциональной реакцией, обернулась и снова подняла взгляд на собеседника.
- Спасибо, - она улыбнулась с искренней признательностью, потом, чувствуя смущение, отвела взгляд, отпила немного кофе и облизнула губы, - а ты, пожалуйста, не считай себя человеком со стороны. Ты - часть команды. Ты тот, кого мы всегда будем рады видеть под этой крышей.
Джейн вдруг захотелось поделиться с ним всем. Все рассказать. Как бывший муж с легкостью окрестил их общего сына сумасшедшим и считал за лучшее избавиться от него, заперев в каком-нибудь специализированном заведении. Как настаивал на том, чтобы они как можно скорее завели второго ребенка, будто выполняя работу над ошибками. Будто Дарен оказался бракованным, а его отцу в его идеальную семью нужен был исключительно идеальный сын. Как Джейн тошнило от этих идей, от самого Пола, превратившегося из надежной опоры в самое болезненное разочарование. Рассказать о том, как она увезла Дарена в Дерри и как он, тогда еще совсем малыш, недоверчиво присматривался к этому дому, рассказывая странные и пугающие вещи. О висельниках на чердаке, о тенях, склоняющихся к его кровати по ночам, о детских голосах, зовущих на помощь. О том, что это проблема почти исчезла, когда они переехали к тогда еще будущему отцу Билли, и возобновилась, стоило им вернуться. Рассказать о том, что Джейн до сих пор корит себя за то расставание, хоть и понимает, что не могла поступить по-другому. Как все еще пытается решить для себя, таится ли действительно угроза в старом доме или в неспособности матери Дарена лучше устроить их общую жизнь.
Нет, я не могу все это вывалить на Адама. Несправедливо, нечестно. У него, уверена, достаточно и своего дерьма, нечего грузить его еще и моим. Не сегодня уж точно. Он не обязан служить для меня жилеткой.
Но ей хотелось узнать больше о той интимной части его личности, которую он все это время так тщательно скрывал, а сегодня вдруг чуть заметно приоткрыл перед ней. Если не о взрослом мужчине, бывшем полной загадкой до своего приезда в Дерри, то хотя бы о мальчике, от имени которого Адам сегодня говорил.
- Тебе повезло с мамой, да? - произнесла Джейн мягко, словно проверяя, имеет ли право спрашивать, - Расскажи о ней хоть немного. Можешь?

Отредактировано Jane Trenton (2020-09-08 00:03:50)

+2

23

Джейн ему улыбнулась и от этой улыбки на душе стало светлее. Губы мужчины дрогнули в ответ. Он отпил из кружки, а потом кивнул.
- Да. Мне с ней повезло. Она... - Адам замолчал. Говорить о матери для него всегда было непросто. В тюрьме мама была тайной, сокровенным секретом, с которым ни с кем нельзя было делиться, чтобы тебя не осмеяли и, что еще хуже, не извозили в словесной грязи твой рассказ. Да и сам он долгое время старательно заставлял себя поверить в то, что ничто из его прошлой жизни больше не должно иметь никакого значения. Воспоминания ранили. Надежды мучили. Без них было проще. А вот мама не сдавалась. Снова и снова приходила к нему на свидания, даже когда он раз за разом не выходил к ней в глупом своем мальчишеском упрямстве наказывая и ее, и себя. Искала адвокатов. Писала письма. И никогда не опускала рук. А, главное верила. Ему. В него. Самый великий дар для ребенка на земле и самое большое проклятие — быть центром родительской любви и родительской веры. В первые годы в тюрьме Адаму казалось, что он не выдержит, просто не сможет вынести устремленного на него взгляда материнских глаз. Этот взгляд прожигал насквозь своим страданием, обвинением и затаившейся под слоем сожаления разочарованием. Адам понимал: он уничтожил двух своих самых любимых женщин. Эмбер — тем, что не смог прийти раньше и спасти, мать — тем, что разом превратил ее в изгоя, лишенного всякого покоя. И только много позже, спустя года, он осознал и собственную ошибку и то, насколько невероятной оказалась родившая его женщина. Не было в ней ни обид, ни разочарования, только преданная, безграничная любовь и непоколебимая, героическая стойкость. Со временем он разобрался во всем и их отношения, едва не прервавшиеся по его же дурости, снова окрепли, налились силой, сплелись толстым канатом. Внешне все было, как и прежде: нечастые свидания, звонки, письма, но оба они научились черпать друг в друге силу. По крайней мере, Адаму очень хотелось верить в то, что он был матери поддержкой, пусть и лишь в сотой степени от той поддержки, которую она дарила ему. Вот только все равно никуда ему было не деться от горького чувства сыновней вины: умирала мама без него. Нет, о таком так просто не расскажешь. И, все-таки, ему хотелось рассказать хоть что-нибудь. Ты это заслужила, мам. Чтобы про тебя говорили и помнили. Заслужила больше, чем кто-либо.
- Она была очень храброй. И доброй.
Адам нахмурился, мысленно вызывая родной образ. Внешностью он пошел в отца и совсем не походил на мать. Сероглазая, светловолосая, в его детстве мама казалась ему настоящей красавицей и казалась ею до тех пор, пока в дело не вступил пубертат, а потом и встреча с Эмбер. Но время все вернуло на круги своя и мама снова стала для него красавицей. Даже в последние свои годы. Даже сжираемая изнутри раком. Тощая, с серой кожей, туго обтягивающей череп, в нелепом парике, с запавшими глазами — не женщина, а пугало, на которое то с отвращением, то с жалостью посматривали охранники, она все равно была для него невероятно, всеобъемлюще, до боли пронзительно красивой.
- И красивой. А еще строгой. Настоящая католичка. Она меня однажды лишила карманных денег на целую неделю только за то, что я медальном святого Христофора открыл бутылку колы. Страшно подумать, чтобы она сделала, если бы вместо колы было бы пиво.
Адам снова отпил из кружки и словил себя на том, что сказанное вслух не отдалось внутри болью — только светлой грустью. И ощущение это было правильным.
- Ну, а у тебя как? Часто доводила родню? На каком из подобранных щенков у них сдали нервы? Ведь было же, верно? - Прайс заглянул Джейн в глаза и улыбнулся мальчишеской, хитроватой улыбкой.

Отредактировано Adam Price (2020-09-18 23:12:34)

+2

24

Была. Джейн вздохнула и зябко поежилась, чувствуя внутри себя отголосок скорби по женщине, которой удалось вырастить такого сына. Своим бедром она чувствовала тепло его бедра. Хотелось заглянуть в глаза, потрепать по колену или пожать руку, чтобы хоть как-то выразить свое сочувствие в связи с его утратой, хоть та могла произойти уже очень много лет назад. Но Джейн не сделала этого, опасалась, что любое ее движение разрушит ту хрупкую нить доверия, которая так нежданно протянулась между ними и позволила Адаму говорить. Женщина просто слушала, благодарная за то, что вечный молчун доверил ей эту маленькую, но, несомненно, бесценную зарисовку из своей жизни.
Джейн, улыбаясь, покачала головой, пытаясь представить, насколько серьезным может считаться наказание лишением карманных денег в сравнении с таким проступком. Возможно, другие матери, набожные католички, отлупили бы своих сыновей ремнем. У нее было слабое представление о христианском воспитании. Родительница Джейн упоминала господа исключительно всуе и скорее как ругательство на ряду с фразами "ох, черт", "вот дерьмо" и "твою мать". Аннабель же верила только в науку и призывала судить чужие и свои поступки не с помощью заповедей или выдержек из Библии, а руководствуясь законом, здравым смыслом и совестью. Жизненных принципов тети оказалось вполне достаточно, чтобы Джейн не выросла плохим человеком.
Мороз понемногу начал пробираться по ногам вверх, Джейн притопнула пятками, нахохлилась под курткой, покрепче обхватила все еще горячую чашку с кофе и сделала несколько больших глотков. Теплота изнутри вступила в борьбу с наступавшим снаружи холодом и одержала временную победу. Сейчас, сидя рядом с Адамом на ступенях узкой лестницы в сгущающейся темноте, едва разбавленной светом уличного фонаря, Джейн почувствовала себя умиротворенно и даже, как будто, под защитой. Хотелось продлить этот момент подольше.
Когда Адам сменил тему, спросив о ее детстве, женщина посмотрела на него и тихо рассмеялась, полностью разоруженная таким незнакомым выражением его лица. Мужчина вообще улыбался нечасто, разве что приподнимал уголки губ из вежливости или сдержанно усмехался, а тут было что-то совершенно иное, позволившее теплу у нее внутри разрастись шире, отвоевывая у холода новые территории.
- Ты раскусил меня. Сердобольного психа видно сразу, да? - смешливо фыркнула Джейн, убирая назад упавшие на глаза волосы, - было. И щенки, и котята, и птицы с переломанными крыльями. Однажды я даже хотела зашить назад червяка, которого случайно перерубила садовой лопаткой, но мне вовремя объяснили, что так я только помогла ему размножиться, - улыбаясь, она безотчетно перевела взгляд в тот угол заднего двора, где произошло это знаменательное событие, помолчала немного, потом продолжила, - дома, в Бостоне, было нельзя. Мама пугала, что квартирная хозяйка выставит нас за дверь, если почувствует хоть намек на какую-то живность. Зато здесь можно было отрываться по полной. Аннабель ведь такая же, мы вместе с ней отмывали, выхаживали, кому-то подыскивали новый дом.
Уже в подростковом возрасте Джейн иногда казалось, что она сама была для тети такой несчастной зверюшкой. Подобранная из жалости. Вряд ли Аннабель, едва закончив колледж и начав свою самостоятельную жизнь, так уж горела желанием заботиться о ребенке сестры. Но у нее получалось. У нее вышло самое главное - помочь Джейн стать полноценной. Девочка прекрасно осознавала, что не любима матерью и совершенно ничего не знает о своем отце, но, благодаря тете, она смогла с этим жить, не потащила эту боль за собой во взрослую жизнь и теперь просто созванивалась с родившей ее женщиной по большим праздникам, пару раз в год посылала той фотографии внуков и совершенно не переживала о том, что не виделась с матерью вот уже больше семи лет.
- Я ведь потом даже училась на ветеринара, - продолжила Джейн, снова посмотрев на своего собеседника, - но тогда, в юности, выдержки не хватило, слилась.
Сзади что-то зашуршало, скрипнула дверь и на веранду, выстукивая мощными когтями по деревянным доскам, деловито вышел Арни. Заметив хозяйку и гостя, собака завиляла задом, спустилась вниз по лестнице, остановившись за их спинами, ткнулась носом в щеку Джейн, потом в шею Адама, обдавая горячим дыханием. Женщина, рассмеявшись, перехватила поудобнее чашку, чтобы не разлить остатки кофе, обернулась к Арни и почесала его широкую грудь там, где выделялось треугольное пятно белой шерсти.
- Спокойно, приятель, ты нас сейчас снесешь, - она улыбнулась Адаму, - а ты, все-таки, отлично с собаками ладишь. Кто у тебя был? - и добавила, шутливо подтрунивая, - ты явно выглядишь как любитель чихуа-хуа.

+2


Вы здесь » REDЯUM » creepshow » [02.12.2019] l.t.'s theory of pets


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2020 «QuadroSystems» LLC